Выбрать дизайн


http://forumfiles.ru/files/0014/0c/7e/28663.css
http://forumfiles.ru/files/0014/0c/7e/17983.css
http://forumfiles.ru/files/0014/0c/7e/15594.css
http://forumfiles.ru/files/0014/0c/7e/81247.css
http://forumfiles.ru/files/0014/0c/7e/17634.css
http://forumfiles.ru/files/0014/0c/7e/16067.css
Странник, будь готов ко всему! Бесконечное путешествие открывает для тебя свои дороги. Мы рады видеть любого решившего отправиться в путь вместе с нами. Никаких рамок, ограничений, анкет, занятых ролей... Кроссплатформа приветствует тебя.
На форуме содержится контент 18+

11.09. - 17.09.
ПОСТОПИСЦЫ НЕДЕЛИ
АКТИВНЫЕ ОТЫГРЫШИ

Здесь могла бы быть ваша цитата. © Добавить цитату

Кривая ухмылка женщины могла бы испугать парочку ежей, если бы в этот момент они глянули на неё © RDB

— Орубе, говоришь? Орубе в отрубе!!! © April

Лучший дождь - этот тот, на который смотришь из окна. © Val

— И всё же, он симулирует. — Об этом ничего, кроме ваших слов, не говорит. Что вы предлагаете? — Дать ему грёбанный Оскар. © Val

В комплекте идет универсальный слуга с базовым набором знаний, компьютер для обучения и пять дополнительных чипов с любой информацией на ваш выбор! © salieri

Познакомься, это та самая несравненная прапрабабушка Мюриэль! Сколько раз инквизиция пыталась её сжечь, а она всё никак не сжигалась... А жаль © Дарси

Ученый без воображения - академический сухарь, способный только на то, чтобы зачитывать студентам с кафедры чужие тезисы © Spellcaster

Современная психиатрия исключает привязывание больного к стулу и полное его обездвиживание, что прямо сейчас весьма расстроило Йозефа © Val

В какой-то миг Генриетта подумала, какая же она теперь Красная шапочка без Красного плаща с капюшоном? © Изабелла

— Если я после просмотра Пикселей превращусь в змейку и поползу домой, то расхлёбывать это психотерапевту. © Кэрка

— Может ты уже очнёшься? Спящая красавица какая-то, — прямо на ухо заорал парень. © марс

Но когда ты внезапно оказываешься посреди скотного двора в новых туфлях на шпильках, то задумываешься, где же твоя удача свернула не туда и когда решила не возвращаться. © TARDIS

Она в Раю? Девушка слышит протяжный стон. Красная шапочка оборачивается и видит Грея на земле. В таком же белом балахоне. Она пытается отыскать меч, но никакого оружия под рукой рядом нет. Она попала в Ад? © Изабелла

Пусть падает. Пусть расшибается. И пусть встает потом. Пусть учится сдерживать слезы. Он мужчина, не тепличная роза. © Spellcaster

Сделал предложение, получил отказ и смирился с этим. Не обязательно же за это его убивать. © TARDIS

Эй! А ну верни немедленно!! Это же мой телефон!!! Проклятая птица! Грейв, не вешай трубку, я тебе перезвоню-ю-ю-ю... © TARDIS

Стыд мне и позор, будь тут тот американутый блондин, точно бы отчитал, или даже в угол бы поставил…© Damian

Хочешь спрятать, положи на самое видное место. © Spellcaster

...когда тебя постоянно пилят, рано или поздно ты неосознанно совершаешь те вещи, которые и никогда бы не хотел. © Изабелла


Рейтинг форумов Forum-top.ru
Каталоги:
Кликаем раз в неделю
Цитата:
Администрация:
Доска почёта:
Вверх Вниз

Бесконечное путешествие

Объявление


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Бесконечное путешествие » Реальная жизнь » [18+] Тайны Востока


[18+] Тайны Востока

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

[18+] Тайны Востока

http://www.moya-planeta.ru/files/holder/21/b1/21b1532a8a3ef0f1bf90b49fee73132f.jpg

время действия: XIV-XV века.
место действия: Османская Империя

участники: Изабелла, Visteriya

описание эпизода:
Это альтернативная вселенная, впрочем, сильно перекликающаяся с настоящей историей. Разница лишь в неизвестном правителе Османской Империи и его приближенных.
На венецианском корабле плыла девушка и ее богатая семья. Они отправлялись в Рим, торговать и посетить Ватикан. Однако в пути их судно захватили турки, перебив почти всю команду. Отца молодой венецианки убили и выбросили в море. Мать изнасиловали и убили, поскольку та была уже стара. Молодую деву и ее десятилетнюю сестру забрали в рабство и выставили на продажу на Курином рынке. Там ее заметил один богатый вельможа из Венеции, пообещав девушку купить и вернуть к оставшимся родственникам, но судьба распорядилась так, что старый султан помер, и Империей стал править его сын. В поисках красивых наложниц для нового многочисленного гарема молодого султана, купили и эту венецианку. Так она попала в гарем, клубок змей.

+3

2

Корабль мерно покачивался на волнах Средиземного моря. Белоснежные паруса лебедиными крыльями трепетали на ветру, неся судно в самое сердце христианского мира – величественный Рим. Снаружи, на палубе, играл скрипач, скрашивая обеденный досуг чете Манчини – графу и его прекрасной супруге. Дочери их – Николетта и Виттория – уже давно неслышно юркнули в каюту, уставшие и озябшие из-за порывистого ветра.
Ники все еще куталась в белоснежную шерстяную шаль, наброшенную на плечи, когда мягко опустилась рядом с сестрой. В руках девушки был деревянный резной гребень и тряпичная кукла, гордо названная маленькой сестренкой Бьянка.  Ее-то девушка и протянула скучающей Виттории, тепло той улыбнувшись.
- Дорога утомила тебя, милая? – голосок Николетты лился нежно, словно мелодия той самой скрипки.
Тонкие пальцы коснулись волос сестры, осторожно вынимая из мудреной прически шпильки да заколки, удерживая золотистые локоны заплетенными. Вскоре же по спинке девочки рассыпались кудри, а гладкие зубцы гребня погрузились в них, прочесывая. Кажется, Виттория расслабилась, - ей всегда нравилось, когда сестра занималась ее волосами.
- Не то слово, - капризно отвечала младшая Манчини, прикрывая небесно-голубые глаза. – Не люблю корабли и море. Здесь так холодно и пахнет одной только солью.
Губы Ники тронула улыбка; некогда, будучи не старше Виттории, она говорила так же, перед каждой поездкой куда-либо отчаянно капризничая и пытаясь убедить отца оставить ее дома, в Венеции, а то и вовсе не плыть в чужие земли. Но со временем страх и нелюбовь ушли, а на смену им явилось странное очарование, нагоняемое шумом морских волн и шелестом парусов. Море завораживало, заставляя невольно влюбляться в него.
- Осталось потерпеть совсем немного, - успокаивающе молвила девушка; в голосе ее слышалась улыбка. – Отец говорит, что к завтрашнему вечеру мы уже причалим в римском порту. Обещаю, милая, тебе понравится Рим – город просто великолепен.
Виттория забавно вздохнула, задумчиво разбирая ниточные пряди куклы и оправляя сшитое общими трудами девочек платье.
- Верю тебе.
Гребень приглушенно ударился о прикроватную тумбу, отложенный за ненадобностью, а волос младшей леди коснулась шелковая лента – столь же чистого голубого оттенка, как и ее глаза. Ловко заплетя воздушные локоны в простую косу, Ники притянула к себе сестру, обнимая за узкие плечи. Там, за дверями каюты, день постепенно перетекал в сумрачный вечер, и сейчас последние лучики алого закатного солнца пробивались сквозь круглое окошко. Еще одно завораживающее явление, увидеть которое можно было лишь в открытом море.
С губ Николетты сорвались первые строки песни, нежной и мелодичной, - колыбельная, которую еще в детстве пела девочкам графиня Вивианн. Но закончить оную девушке было не суждено.
Снаружи, из-за двери, раздался шум, после – чей-то испуганный крик. Корабль тряхнуло, так что с туалетного столика посыпались склянки с кремами да маслами, а сами венецианки едва на кровати удержались.
- Что же это, Ники?! – Виттория замерла испугано, неосознанно прильнув к сестре.
У Николетты ответа на вопрос не было. Она сглотнула, буквально кожей ощущая надвигающуюся опасность, а после, аккуратно соскользнув с кровати, неслышно направилась к двери.
- Тише, - девушке хотелось успокоить сестру, но, что уж греха таить, нарастающий шум и крики снаружи и ее пугали. – Не волнуйся.
Осторожно приоткрыв дверь, рыжеволосая опасливо выглянула из каюты. Лучше бы она этого не делала – девичье сознание не было готово к кровавым картинам, развернувшимся на палубе.
Крик застрял в горле, так и не вырвавшись наружу. Но, даже несмотря на это, Ники выдала себя – дверь, к которой она прислонилась, дабы не упасть от избытка эмоций, скрипнула, привлекая внимание смуглого варвара, только что нещадно перерубившего шею одного из матросов.
Варвар кинулся к ней, но девушка каким-то чудом успела захлопнуть дверь перед его носом и даже дернуть засов, глупо надеясь, что он спасет.
- Тори, прячься! – надрывным шепотом умоляла Ники, поспешно стирая с личика сестры слезы испуга и подталкивая ее к большому бельевому сундуку – тот вполне мог вместить хрупкую девочку. – Ну же, они не должны тебя найти!
Картинка уже сложилась в голове девушки, ведь она слышала о пиратах с востока, бушевавших в Средиземном море и похищавших людей, дабы после продать их в рабство. Отвратительные люди, если их вообще можно так назвать.
В то, что Николетте и ее родным суждено быть захваченными, верить не хотелось, но и стук в дверь, под которым та буквально сотрясалась, вере в лучшее не способствовал. Судя по разномастности голосов, к варвару присоединились еще двое или трое, и теперь они намеревались во что бы то ни стало ворваться в каюту.
Ничего лучше, чем схватить первый попавшийся подсвечник, показавшийся достаточно тяжелым. Манчини не придумала. Ее видели, а, значит, найдут; но куда больше пугала перспектива того, что кроме старшей леди схватят еще и ее сестренку. Ники не могла этого допустить.
Несчастная дверь не выдержала и слетела с петель, а варвары ворвались в каюту, явно ликуя – о том говорили выражения их лиц и явное довольство собою в голосе, пусть слов Николетта и не понимала. Они двинулись на девушку, показательно медленно, глядя насмешливо – конечно, что могла хрупкая венецианка против троих крепких, до зубов вооруженных мужчин? Ничегошеньки.
Но Ники попыталась. Замахнулась подсвечником, выкрикнув звонкое и испуганное «Не подходите!», но рука ее была перехвачена, а «оружие» - тут же выбито. Крепкие руки подхватили девушку, небрежно перекидывая через плечо.
- Ne görmek, değil anne! Biz gibi olmalı, kaptan onu gösterecektir - sen karlı satabilirsiniz!* – прокаркал мужчина на чужом языке, совершенно не обращая внимания на жалкие попытки пленницы освободиться. – Kabin kadar aniden değerli buluyorum izle. Ben gemiye onu alacağım.**
Он кивнул товарищам, а сам, перехватив девушку поудобнее, направился к выходу. Ники кричала, билась в чужих руках, пытаясь вырваться, да где там…


* Смотрите, какова, не то что мать! Покажем ее капитану, должна понравиться, - продать можно выгодно!
** Осмотрите пока каюту, вдруг что ценное найдете. Я отнесу ее на корабль.

[NIC]Nicoletta Manchiny[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2cLyA.gif[/AVA]
[STA]dream of freedom[/STA]
[SGN]Нет ничего сильнее нежности
и ничего нежнее настоящей силы.
[/SGN]

Отредактировано Phantom (2016-06-09 19:31:34)

+3

3

Захватив корабль, перебив воинственно настроенных моряков, а также убив капитана судна, турки подсчитывали свою добычу. Трупы они скидывали в море, не церемонясь. Вытащив девчонку на свет, трое варваров предстали перед своим капитаном.
- Эфенди, - обратился тот, что держался девушку. Для усмирения им пришлось ее слегка придушить, чтобы та лишь потеряла сознание. - Смотрите, какую красотку мы отыскали внутри. - он небрежно бросил нежное девичье тело на мешки с зерном.
Девушка и правда была красива, нежна и молода. На вид не больше 18. Красивые белые волосы. Такую можно выгодно продать на рынке какому-нибудь паше. Учитывая, что корабль переправлял довольно много ценных драгоценных вещей. Ибрагим, капитан берберов, взял девицу за подбородок, повертел ее голову, убедившись, что она и правда красива.
- Отнесите ее в мою каюту, - наконец, распорядился он.
- Эфенди! - крикнул еще один, выходя из кают. - Там еще пряталась это маленькое отродье. По-видимому, ее сестра.
Да, они были довольно сильно похожи. Но девочку капитан распорядился отправить к остальным пленным женщинам. Женщин и сдавшихся мужчин посадили по отдельности. Захватив корабль, все драгоценности и шелка капитан приказал перенести к себе, а остальное оставить на захваченном судне. Тронулись в путь они довольно скоро. Ибрагим собирался отправиться Стамбул. Его трюмы, каюты и корабли и так лопались от награбленных драгоценностей. Свирепствуя у берегов северной части Африки, он решил отправиться в Средиземное море, домой, в Стамбул.
Спустя где-то час, сидя за своим столом и разглядывая документы, которые добыл на захваченном корабле, Ибрагим обратил внимание, что девушка начала приходить в себя. Она лежала на его постели без сознания все это время. Не отрываясь от своих дел, он заговорил на ломанном и бедном итальянском языке:
- Ты пленница. Тебя продавать.

[NIC]Бербер Ибрагим[/NIC][AVA]http://s8.uploads.ru/Omujb.jpg[/AVA][SGN][/SGN]

+2

4

Страх и злость – два чувства, одолевающих Николетту. Она боялась, хотела вырваться из рук чужеземцев, убежать подальше, лишь бы не чувствовать больше их взглядов, но, в то же время, была готова впиться зубами в горло тому, кто тронет ее маленькую Витторию. Ради сестры – что угодно. Где бы только сил взять…
Девушка пыталась кусаться – даже клацнула коротко зубами, когда какой-то мужчина ухватил ее за подбородок, разглядывая совершенно беспардонно, словно товар. Так с венецианской леди никогда не обращались, она не желала это терпеть.
- Не смейте меня трогать! – высокий девичий голосок дрожал, звучал испугано, не было в нем и десятой доли той ярости, что хотела бы вложить в те слова рыжеволосая. – Не смейте!
Он смутно понимала – этим людям плевать на честь, достоинство и правила, по которым жили в европейском мире. Эти люди – варвары. До варваров нельзя достучаться, и это подтверждал разнобойный смех, прозвучавший в ответ на восклицание девушки. Она отчаялась.
Перехватив ее удобнее, высокий смуглый мужчина потащил венецианку куда-то – в сторону кают, поняла она после, и принялась упираться еще отчаяннее, чем до того, опасаясь, что там эти варвары… Даже думать не хотелось, что они могли – и хотели ведь, Боже, спаси! – сделать с ней. Лучше уж было умереть.
Там, на палубе, мелькнул силуэт Тори, донесся ее плач. И сердце Николетта ухнуло куда-то вниз, разбиваясь на тысячи осколков.
- Тори, сестренка! – воскликнула она, впиваясь ногтями в сильные руки, удерживающие ее. – Что вы хотите сделать с ней, варвары?! Отпустите ее! Она ведь совсем дитя! Мало вам других?!
Ее не слушали – только хохотали в ответ. Мужчина бесцеремонно бросил ее на кровать, а в ответ на попытку девушки метнуться к двери – хлестко ударил по лицу, заставляя вскрикнуть и невольно упасть на постель.
- Сидеть здесь, - на ломаном итальянском бросил он и замахнулся вновь – не ударил лишь потому, что Ники свернулась комочком на кровати, сжалась, испугавшись. Турок, видимо, счел, что она и так напугана достаточно.
Дверь закрылась на засов за ним, а с губ Николетты слетел первый звучный полустон-полувсхлип. Она понимала, что сбежать не выйдет, что жизнь ее враз обернулась кошмаром. И молилась Господу лишь о том, чтобы позволил ей умереть побыстрее, без лишних страданий, а еще – о Виттории. Она должна была спастись. Любой ценой.
С этими мыслями девушка и отключилась – от переизбытка чувств и страха.

Она понятия не имела, сколько пролежала без сознания, но, когда очнулась, то поняла, что не одна в палате. Николетта резко села на кровати и, не задумываясь, отползла в самый дальний угол, сжавшись там, притянув колени к груди и обняв их, словно бы пряталась так. Сердце билось бешено, то и дело сбивалась с ритма.
Мужчина не трогал ее, даже, кажется не смотрел. Это пугало и успокаивало одновременно, и Манчини казалось, что она теряется в этих противоречивых чувствах.
- У меня… Есть родственники в Риме. Прошу, они могли бы заплатить хорошо, за меня и Витторию. Больше, чем так, куда Вы везете нас. Напишите им! – ее голос сочился надеждой, искренней, детской верой в лучшее. – Пожалуйста…

[NIC]Nicoletta Manchiny[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2cLyA.gif[/AVA]
[STA]dream of freedom[/STA]
[SGN]Нет ничего сильнее нежности
и ничего нежнее настоящей силы.
[/SGN]

+2

5

Девчонка принялась умолять Ибрагима, но он совсем не любил, когда ему перечат, а тем более ноют. Он что-то проговорил на рабском, чего девушка, естественно, понять не могла. А затем вскинул рукой:
- Замолчи, глупый женщин! Не ныть. Ты едешь на Куриный рынок. Может попасть в гарем самого султана империи!
С этими словами мужчина вскинул руки, а потом смягчился и стал подзывать девушку рукой, чтобы та подошла к столу.
- Иди. Есть.
На низком столе стояли различные яства и сладости арабской кухни. Сидений, естественно, по традиции не было. Как известно, арабы всегда ели сидя на полу и руками.
- Я Ибрагим, - указал мужчина на себя рукой. - Твое нет имени. Просто женщин. Имя забудь. - Он уселся и принялся за еду, вновь подзывая девушку к себе. - Ты спать здесь.
Да, и действительно, ей лучше было спать здесь, иначе бы его головорезы оприходовали бедняжку в ту же секунду. С малявкой они ничего не сделают. Детей они не убивали и не насиловали. После недолгой трапезы Ибрагим оставил венецианку со своими мыслями и ушел из каюты.

Прошло несколько дней. За все это время девушку не выпускали на свежий воздух. Вскоре корабль прибыл к берегам некоего города. Город гудел и распространял всевозможные запахи. Ибрагим велел девчонке переодеться в более откровенный и сексуальный наряд, а если она заартачиться, то всыплет ей по самое нехочу. Остальных рабов отправили раньше на обычный рынок. Свою сестренку девушка ни за что бы не увидела. Ибрагим и трое его соратников шли на один из лучших базаров, где торговали прелестницами со всего света. Венецианке связали руки, чтобы та не убежала и прицепили к ним веревку, таща буквально как вьючное животное.
- Молчи, или отрезать язык! - предостерегающе прошептал бербер ей на ухо. 
И вот начались торги. Здесь было немало женщин, которых отправили на продажу. Все они были испуганные, съежившиеся, словно кролики. Каких женщин тут только не было: белые, черные, ускоглазые даже, блондинки, рыжие. У некоторых имелись синяки и раны, у каких-то очень худые фигуры, будто их морили голодом. Всех женщин отправляли на небольшой постамент и показывали всему народу. А покупатели тут были самые разношерстые: толстые, старые, молодые, мускулистые, одетые в парчу и одежды поскромнее. Все они что-то выкрикивали на арабском, иногда ссорились. Если затевалась потасовка, мигом прибегали стражники в высоких шапках и с копьями наперевес, народ моментально утихомиривался.
- Иди, - толкнул, наконец, девушку Ибрагим, выставив ее на сцену.
Как только девчонка оказалась посреди постамента, из-за туч вылезло жаркое арабское солнце, заиграв в ее золотистых волосах. Это сыграла на руку пирату, поскольку покупатели все разом охнули, увидев, как сияют волосы женщины. И начался торг. Все ругались, пытались перещеголять. Ибрагим знал, что сегодня он совершит продажу года. В какой-то момент из толпы возник мужчина, явно европеец. Он принялся выкрикивать имя:
- Николетта! Николетта!
А затем снова что-то на арабском. Он протолкнулся к краю платформы и заговорил на знакомом девушке языке:
- Николетта Манчини, я давний друг вашей семьи! Я смогу выкупить вас и вернуть домой! Только верьте!
Увидев, как с товаром кто-то говорит на незнакомом языке, Ибрагим закричал на арабском и стража отвела мужчину от сцены. Впрочем, торговать ему не запретили. Торг шел довольно долго, кто-то смеялся, ругался, пока в какой-то момент Ибрагим не усмехнулся, подойдя к девушке и не содрал с нее платье. Таким образом, цена моментально выросла. мужчины орали, как огалтелые, выпучивая глаза и тряся руками, кошельками, деньгами.
Неожиданно вошел толстый господин, и все вмиг замолчали. Пират стал потирать ладони и наклонился к уху девушки:
- Главнай евнух повелитель. Я говорить.
Спустя непродолжительно время девушка была продана за баснословную сумму, сделав ее покупкой года для Ибрагима. Так девушку попала в гарем султана. После продажи женщины-рабыни отвели ее в отдельную комнату, где накинули на нее старый балахон, выбросили разорванное платье и передали в таком образе евнуху. Он был крайне жирен, одет в разноцветные одежды и на нем была куча украшений. Он махнул рукой в сторону еще одного мужчины, по виду лекаря. Тот старик сразу шагнул к девушке и принялся ее осматривать. Они о чем-то говорили. В конце концов, лекарь встал перед девушкой. Ибрагим, стоявший рядом снова заговорил на ломанном языке:
- Лечь на спину.
При этом он держал в руке кнут и похлопывал им по другой руке. Малейшее невыполнение приказа, и девушку высекут. Когда она легла, врач задрал ее балахон и принялся осматривать снизу. Он трогал ее и ощупывал так, как ни один мужчина в жизни не дотрагивался, и казалось, это доставляет ему удовольствие. Через несколько минут врач кивнул и что-то произнес на арабском. После этого девчонке велели встать, а евнух передал деньги Ибрагиму. И тот исчез за другой дверью, а товар взяли за белые ручки и запихнули в крытую телегу, где ни один человек не смог бы ее увидеть. Здесь не было ни окон, ни дыр, и сидели еще с десяток женщин  кто возрастом постарше, кто помладше, и все молчали. Вскоре телега тронулась и куда-то поехала.

[NIC]Бербер Ибрагим[/NIC][AVA]http://s8.uploads.ru/Omujb.jpg[/AVA][SGN][/SGN]

+1

6

[NIC]Николетта Манчини[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2cLyA.gif[/AVA]

Абсолютно не прельщала озвученная этим варваром новость. Особенно, когда в голове больше выстраивается картинка далеко не с участием Николетты. Перед глазами стояли ужасающие реали... Страшно было представить, что сейчас происходит с младшей сестренкой. От этих людей можно было ожидать абсолютно всего, что только взбредет им в голову. И не каплей меньше. Что же там за суммы такие на кону, если же он отказался от выкупа одной из богатейших семей? Или по кораблю и его богатствам не понятно, на что способны родственники этих пленниц, чтобы уберечь своих девочек от подобной участи? По всей видимости или не верит, что вполне разумно, либо же попросту разговор заходят о таких деньгах, которые Никки и не снились. А ее-то деньги как раз и не волновали никогда. Николетт и ее сестренка - уроженцы очень богатой, знатной семьи, которая никогда не баловала своих детей, приучая смолоду к порядку и послушанию. Может именно поэтому Николетта послушно поднялась с слегка влажных от слез простыней и направилась к столу с различными яствами практически сразу, не медля. Впрочем, одному Богу известно, чем чревато непослушание на захваченном корабле. Девушка безумно любила свою сестру и готова была пойти на многое, чтобы спасти ее. Но будучи мертвой что же тогда она сможет сделать во благо спасения малышки? Да и живой, кажется, она мало, чем сможет ей помочь...

Миновало несколько суток. Никки абсолютно сбилась со счета, хотя особо и не старалась. Все, что она делала в течение этих дней, так это только плакала и спала. Она практически постоянно отказывалась от еды, не вставала с постели. А только лежала, подобрав ноги и свернувшись в своего рода клубочек, сопела и плакала. На столько горько, на сколько возможно было выплескивать горе юной девушке. И все бы ничего, если бы корабль в один из таких ней не причалил. Никки прекрасно осознавала, что то, что должно случиться, - неизбежно. Она судорожно ждала этого дня и мечтала поскорее выйти из этой каюты, чтобы камнем броситься вниз, пойти ко дну. Все, что угодно, но только не жить вот так. Не быть игрушкой в чьих-то руках. Не быть простой безделушкой. которой могут попользоваться и отправить в утиль. Все, что угодно, но только не это. Не это, и отпустите сестренку, пожалуйста. Николетте казалось, что она сходит с ума.
Дверь в каюту отворилась и рядом с девушкой на кровать пали несколько тканевых изделий из дорогих тканей. Правда только ткани там было категорически мало. Никки вскинула умоляюще взгляд на мужчину, который принес это одеяние, но он только усмехнулся и поставил перед фактом на счет болезненных последствий, если же это одеяние не окажется на девушке. С горем пополам Никки, доселе никогда не позволяющая себе одеть что-либо подобное, оделась в тонкие ткани, едва прикрывающие самые сокровенные, интимные места тела. Щеки несчастной налились румянцем. Она очень не хотела, чтобы кто-то видел ее в таком виде. И каков был ее ужас, когда в этом одеянии ей пришлось идти по улице перед десятком оценивающих, разглядывающих, оголящих глаз.  Она уж было хотела закричать то ли от отчаяния, то ли от страха, но опять была предупреждена. Казалось, что этот человек засел где-то в ее голове и знает абсолютно все, что там так или иначе мелькает.

Огромное количество народу. Гораздо больше, чем там, на улице. Никки сразу поняла, что это и есть тот самый рынок. Рынок, на котором ее жизнь кончится и превратиться в настоящий ад. Кажется, или девушку вновь посетила мысль поскорее с этим раз и навсегда покончить...
Сильным толчком в бок, Никки толкнули в сторону "сцены" - помоста, возвышающегося над зрителями. Сколько девочек, девушек и женщин уже стояло здесь? Сколько здесь было таких, как Николетта? Большинство из девушек были одеты в схожие одеяния с одеждой Никки, но не одна не была сравнима с ней по красоте. Возможно потому, что этот цветок еще никем не испорчен...

Николетту словно облили кипятком, когда она услышала из толпы арабов родной язык без арабского акцента. Девушка вскинула взгляд и принялась искать владельца этого голоса, знающего ее имя, но этот человек не заставил себя долго ждать. Глаза Никки засверкали. Она уже и не ждала никакой помощи в сложившейся ситуации, она мысленно пыталась смириться со своей участью, старалась отчаяться на столько, чтобы вогнать себе в грудь что-нибудь острое при первой же возможности, а тут на столько неожиданной появление друга семейства оказалось словно спасательный буёк посреди необъятного, таинственного и устрашающего океана.  Девушка улыбнулась, закивала. Она, разумеется, была несказанно рада сложившейся ситуации. Только бы ему хватило денег, чтобы удовлетворить этого варвара... В любом случае семья не оставит этот человека без щедрого вознаграждения.

Торги закончились очень быстро, но Никки так и не смогла понять, кто же все таки купил ее. Она не видела своего покупателя не тогда, не сейчас. Главный евнух - вот, кто сейчас прикасался к ней, вызывал рвотные позывы и подталкивал к достаточно быстро охватывающей панике. Неужели это он и есть? Покупатель? Никки уже поспешила вновь поникнуть. Если это так, что зря только радовалась. Зря только все это... И зачем он вылез из толпы? Посмеяться над ней?..
Телега тронулась, а Николетта, поджав под себя колени, обняв их руками, окунулась в собственные мысли и слезы. Отчаяние - все, что сейчас охватывало девушку. И больше ничего.

Отредактировано Visteriya (2017-08-19 16:37:37)

+1

7

Девушки тряслись в телеге около трех часов. За это время она останавливалась несколько раз, чтобы наполнить глиняные кувшины в местных колодцах водой. Высокий черный стражник открывал дверь и просовывал девушкам воду. При себе у него всегда было длинное копье с острой пикой на конце, а на поясе висел меч в форме секиры. Если бы хоть одна из девушек двинулась с места, попытавшись сбежать, ее ждала бы одна единственная участь.
Некоторые из них сидели в повозке молча, некоторые плакали, обливаясь горючими слезами. Тонкие полоски света проникали из щелей, поэтому можно было всех разглядеть. Никто не разговаривал друг с другом, стараясь молчать и не давать лишний повод стражникам. Николетта была единственная со светлой кожей и волосами. Остальные женщины преимущественно темноволосы и немного смуглы. Вскоре повозка остановилась окончательно. Кто-то говорил на арабском, и вскоре дверь отворили, заставив девушек выйти на свет. От долгого нахождения в темноте они жмурились, прикрывали глаза от солнца. Их привезли к каким-то высоким глухим воротам, вокруг которых росли тенистые деревья. В округе не было ни домов, ни людей. Только двое стражников, что сопровождали повозку, женщина примерно 50 лет и еще двое мужчин в странных длинных платьях, что-то вроде накидки до пят по верх штанов. Женщина по-быстрому посчитала девушек и велела двум мужчинам их сопроводить. Девиц погнали, словно гусей. За их спинами на ворота повесили увесистый замок, а повозка тем временем тронулась с места и уехала в другом направлении.
Впереди женщин ожидало высокое белое здание. Оно было настолько огромным, что казалось ему нет конца. Однако там, где оказались девушки, было лишь малой частью его. Его окружала высоченная каменная стена, по которой прохаживались солдаты. Далее шли два круга стен меньше. Однако и они охранялись. Женщина привела девушек в небольшое помещение, где перед ними снова предстал толстый евнух. Он говорил долго и много, пока снова не обратился к тетке, что их привела. Выслушав его, она пару раз взглянула на Николетту и кивнула. Двое других мужчин увели остальных девушек, но венецианку придержала тетка, добродушно улыбнувшись ей. Внезапно она заговорила на родном языке девушки:
- Ты, наверное, очень напугана. Не бойся, меня можешь называть Хайрия Калфа. Я управляющая гаремом. Ты попала во дворец Султана Османской Империи и вскоре предстанешь перед ним, как его наложница. Мы подготовим тебя к этому дню. Ты станешь подарком берьера Ибрагима ко дню рождения Султана. Я научу тебя всему. Однако за непослушание буду наказывать. Что ж, пошли, нужно представить тебя остальным наложницам нашего Господина.
Хайрия улыбнулась широкой улыбкой и потянула за собой девушку, однако встретила сопротивление в ответ.
[icon]http://s0.uploads.ru/utBYC.jpg[/icon][nick]Хайрия Калфа[/nick]

+1

8

[NIC]Николетта Манчини[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2cLyA.gif[/AVA]

Голова ужасно кружилась и было достаточно трудно дышать спертым в повозке воздухом. Никки была девушкой привыкшей к жаре, но не на столько, чтобы тебя бок о бок посадили в запертом помещении с десятком человек. Николетта молила Бога о том. чтобы телега как можно быстрее добралась до места назначения, иначе девушка попросту рухнет в безсознание прямо здесь и сейчас. В висках пульсировало, а каждая кочка доносилась до тела словно удар тяжелой палкой.
Николетта даже не смотрела на то, куда она идет с вереницей таких же несчастных, как и она сама. Она не смотрела и на стражников, которые сопровождали девушек. Она не смотрела и на женщину, которая встретила их подле ворот, а потом еще решила и заговорить с ней. Даже родной язык не пронял девушку. Она уверенно не обращала внимание на все то, что происходит вокруг.
Когда женщина договорила, она потянула Никки за руку, но в этот момент нашей героине было уже абсолютно не до указаний и угроз. В голове, словно на записи, на повторе цитировалось "наложницей". Повторялось без остановки и с каждым разом все громче и громче. Вот вот, и голова взорвется от этой громкости. Никки закрывает уши ладонями, шепчет: "Нет", мотает головой. На лице ее читается ужас, она явно не в себе. И всему виной один несчастный случай, который на корю переворачивает ее жизнь с ног на голову. Перед глазами моментально рисуются картинки матушки, отца, их родного дома, садика на пригорке, большого озера, на который они так часто бегали с младшей сестренкой... И, конечно же, она. Малышка, которую Никки уже вряд ли когда-либо увидит. Судьба сестры на век останется для наложницы загадкой. Все это в купе поразило девушку до такой степени, что она упала на колени и не смогла сделать больше ничего, кроме того, чтобы заплакать.
- Нет, верните меня назад. Моя семья отдаст за меня все, только верните назад. Прошу... - повторяла Николетта куда-то в пустоту, не глядя. Глаза ее были плотно закрыты. Она категорически не хотела видеть эту женщину, которая пыталась быть с ней любезной, этого Султана и уж тем более его многочисленных женщин. Само слово "гарем" выводило Никки из морального равновесия. Всегда. А, когда ты еще и невольно становишься частью этого кошмара, то жить хочется все меньше и меньше.
- Пожалуйста... - как молитву, продолжала повторять Никки. Бесчисленное количество раз, то шепча, то переходя на крик. Вот, разве что, последнее явно было лишним. Но откуда ей было это знать?..

+1

9

Девчонка внезапно вырвала руку и сжала уши ладонями. Хайрия и не надеялась, что будет легко. Они все сначала кричат, просят их отпустить, слезы льют, а потом как миленькие ложатся в постель к господину, да еще и противостоят друг другу за внимание султана. Так что и эта золотоволосая красавица не была исключением. Только выглядела она крайне не привлекательно. Отмыть ее, причесать, приодеть - уже другой разговор. Если бы не приказ главного евнуха гарема, драить полы этой смазливой мордашке. Управляющая гаремом не собиралась церемониться с глупой девкой. Она с силой разжала ей ладони, убирая от лица, и врезала звонкую пощечину, которая оставила красный след на нежной коже.
- Твоя судьба отныне здесь, - жестко произнесла Хайрия Калфа. - Ты никогда уже не вернешься ни к отцу, ни к матери. Да и не увидишь ты их больше никогда, - женщина выпрямилась в полный рост, смотря сверху вниз на девушку. - Ты теперь одна.
Она знала, что эти слова могут неоднозначно подействовать на девушку. Она может подумать, что мать и отец мертвы, или просто счесть, что здесь она одна и теперь именно это ее домой. За стены его она уже больше никогда не выйдет, что являлось правдой. Хайрия резко вздернула Николетту, подняв с пола и зашипела, чтобы та следовала за ней и уже больше не сопротивлялась. Они проходили мимо белоснежных коридоров, огромных залов и палат, пока не пришли к резной двери. Из-за нее доносился гомон и женский смех. Калфа вошла внутрь и глазам девушки могла предстать огромная комната, разделенная на три части. Широкий проход посредине. Одна часть комнаты представляла собой место для отдыха и трапезы. Там сейчас сидели девушки. Точнее почти все они сидели на мягких подушках прямо на полу. Перед ними стояли низкие круглые столики. Другая часть комнаты была отгорожена светлым тюлем. там находились тюфяки, сейчас укрытые покрывалами. Там женщины спали.
Среди девушек были одни красавицы в большинстве своем темноволосые. На них сверкали украшения, а платья и наряды были сделаны из самых шикарных тканей. И ни одна из них не плакала, не ныла, не грустила. Все они, казалось бы, были счастливы. Когда управляющая гаремом вошла в просторное помещение, ведя под руку Николетту, почти все девушки замолкли, провожая их взглядами. Однако Калфа направилась к лестнице, ведущей на второй этаж. Женщины за их спинами сразу же начали шептаться и все на разных языках.
- Ты не будешь спать с ними здесь, твое место отведено на втором этаже. Целая комната. Ведь ты особенный подарок султану. - Хайрия приблизилась к наложнице и заговорила чуть тише. - Все они наложницы султана. Кто-то из них видел его всего раз, а некоторые еще ни одного. Стать фавориткой господина не просто, но когда ты ею становишься, тебя переселяют на второй этаж. Однако ты еще даже ничем не выделилась, а уже будешь жить там. - Хайрия заговорила еще тише, чтобы ее слышала только Николетта: - Они все уже тебя ненавидят... Так что, не лезь на рожон и будь благоразумна, дитя.
Поднявшись на второй этаж, откуда с балкона было видно все помещение и все наложницы султана, Калфа повела девушку в одну из комнат. Она оказалась куда наряднее обставлена, чем помещение снизу. Из мебели было две кровати, стол такой же круглый и низкий и еще пара шкафчиков.
- Сегодня вечером ты направишься в баню, а завтра начнешь изучать наш язык и нашу культуру, - сказала женщина. - Позже вечером я зайду еще раз к тебе, а потом предоставлю тебе служанку, которая станет во всем помогать.
После этих слов Калфа вышла за дверь, оставив девушку одна с ее мыслями.

[icon]http://s0.uploads.ru/utBYC.jpg[/icon][nick]Хайрия Калфа[/nick]

+1

10

[NIC]Николетта Манчини[/NIC]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2cLyA.gif[/AVA]

Что это было? Мимолетное помешательство, от которого хотелось лезть на стену, либо попросту истерика? Да, скорее второе, нежели первое. Хайрия привела меня в порядок одним хлопком по щеке, заставив и впрямь придти в себя. Я даже в какой-то степени благодарна ей за это. Не сделай она этого, одному Аллаху известно, что бы сейчас случилось со мной. Захлебываться слезами женщине моего статуса не пристало. Я должна терпеть. Должна. Ради себя, ради чести, ради своих родных и близких, коих я больше никогда не увижу, как не перестает мне внушать Хайрия.
Я беспрекословно следую за ней. Думается мне, что куда проще будет избежать всего самого жуткого, если все таки я больше отведу уму, нежели сердцу. Женское сердце очень хрупкое, его надо беречь. А сама себя не побережешь - никто не обережет. Именно поэтому я предпочла замолчать и следовать за своей спутницей. Она вела меня через не дешево убранные комнаты, обставленные всеми возможными драгоценностями. Их, казалось бы, очень много, но на самом деле это было не так. Каждое помещение здесь говорило о том, что хозяин всего этого - ценитель красивой, но практичной жизни. И как бы красиво здесь не было, все это присутствовала в норме, а не переизбытке. Но мне некогда было по большому счету наблюдать за красотами, да и настроение было вовсе не на любования. Я из-под бровей пристально наблюдала за окружающими, стараясь расценить опасность, вероятность причинения вреда от того или иного незнакомого мне человека, но большинство даже не смотрели в мою сторону. Это одновременно расслабляло и пугало до ужаса. Я не знала, чего мне ожидать. Знающая о рабстве только по рассказам, могла только догадываться о грядущей уготованной мне участи.
Наложница... Я старалась не слушать ее, но не удавалось. И стоило ли игнорировать эту женщину? Хрупкому цветку выжить в окружении этих колких растений попросту невозможно. Если эти женщины на меня накинуться, то мне не поздоровиться. А ведь я абсолютно не умею защищаться. В нашей семье женщине не пристало браться за оружие, хотя моя младшая сестренка и очень интересовалась этой отраслью. Больше всего на тот момент, как мы встретились с ними глазами, я испугалась излишних конфликтов. Женщины, которые любят абсолютно незнакомого им самим мужчину... Неужели я действительно попала в такое место? Неужели жизнь решила сыграть со мной злую шутку тогда, когда я только расцвела? Расцвела для брака, для семьи, для детей - внуков моим прекрасным родителям. Как же они мечтали о внуках... И с этими мыслями я поспешила утереть слезы, продолжая делать вид, что слушаю эту женщину, впустившую меня в комнату выше, чем размещались другие женщины. Она, наверное, уже давно заметила, что я не слушаю ее. Но для нее было важно озвучить все это, как факт - произнесено, значит не сможешь увильнуть от обязанностей. Ее обязанность привести меня сюда и кратко рассказать о том, что предстоит в ближайшее время делать и в чем принимать участие. Ее тоже можно было понять и не сердиться на нее. Она, возможно, такая же пленница здесь, как и я. Только ее рабство длится уже столько лет, что она всецело посветила свою жизнь этому. От безысходности. Возможно, каждая из тех, кто сидит внизу, были ввезены сюда при схожих обстоятельствах. Каждая плакала, каждая умоляла. Но никого здесь слушать даже не станут. Аллах, неужели они и впрямь меня душили взглядом? Неужели они - наложницы, рабыни, товар - так любят своего Господина? Нет, от меня вы такого не дождетесь... Я - Манчини - девушка из воспитанной семьи, которой смолоду прививали все то, чему противоречит сам факт нахождения здесь!

+1


Вы здесь » Бесконечное путешествие » Реальная жизнь » [18+] Тайны Востока


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC