http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/87111.css http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/98288.css
http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/21146.css http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/66837.css http://forumfiles.ru/files/0014/0c/7e/78840.css
http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/57609.css http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/64280.css http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/96119.css
http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/86328.css http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/50008.css
Странник, будь готов ко всему! Бесконечное путешествие открывает для тебя свои дороги. Мы рады видеть любого решившего отправиться в путь вместе с нами, где нет рамок, ограничений, анкет и занятых ролей. Добро пожаловать!
На форуме есть контент 18+

Здесь могла бы быть ваша цитата. © Добавить цитату

Кривая ухмылка женщины могла бы испугать парочку ежей, если бы в этот момент они глянули на неё © RDB

— Орубе, говоришь? Орубе в отрубе!!! © April

Лучший дождь — этот тот, на который смотришь из окна. © Val

— И всё же, он симулирует. — Об этом ничего, кроме ваших слов, не говорит. Что вы предлагаете? — Дать ему грёбанный Оскар. © Val

В комплекте идет универсальный слуга с базовым набором знаний, компьютер для обучения и пять дополнительных чипов с любой информацией на ваш выбор! © salieri

Познакомься, это та самая несравненная прапрабабушка Мюриэль! Сколько раз инквизиция пыталась её сжечь, а она всё никак не сжигалась... А жаль © Дарси

Ученый без воображения — академический сухарь, способный только на то, чтобы зачитывать студентам с кафедры чужие тезисы © Spellcaster

Современная психиатрия исключает привязывание больного к стулу и полное его обездвиживание, что прямо сейчас весьма расстроило Йозефа © Val

В какой-то миг Генриетта подумала, какая же она теперь Красная шапочка без Красного плаща с капюшоном? © Изабелла

— Если я после просмотра Пикселей превращусь в змейку и поползу домой, то расхлёбывать это психотерапевту. © Кэрка

— Может ты уже очнёшься? Спящая красавица какая-то, — прямо на ухо заорал парень. © марс

Но когда ты внезапно оказываешься посреди скотного двора в новых туфлях на шпильках, то задумываешься, где же твоя удача свернула не туда и когда решила не возвращаться. © TARDIS

Она в Раю? Девушка слышит протяжный стон. Красная шапочка оборачивается и видит Грея на земле. В таком же белом балахоне. Она пытается отыскать меч, но никакого оружия под рукой рядом нет. Она попала в Ад? © Изабелла

Пусть падает. Пусть расшибается. И пусть встает потом. Пусть учится сдерживать слезы. Он мужчина, не тепличная роза. © Spellcaster

Сделал предложение, получил отказ и смирился с этим. Не обязательно же за это его убивать. © TARDIS

Эй! А ну верни немедленно!! Это же мой телефон!!! Проклятая птица! Грейв, не вешай трубку, я тебе перезвоню-ю-ю-ю... © TARDIS

Стыд мне и позор, будь тут тот американутый блондин, точно бы отчитал, или даже в угол бы поставил…© Damian

Хочешь спрятать, положи на самое видное место. © Spellcaster

...когда тебя постоянно пилят, рано или поздно ты неосознанно совершаешь те вещи, которые и никогда бы не хотел. © Изабелла

Украдёшь у Тафари Бадда, станешь экспонатом анатомического музея. Если прихватишь что-нибудь ценное ещё и у Селвина, то до музея можно будет добраться только по частям.© Рысь

...если такова воля Судьбы, разве можно ее обмануть? © Ri Unicorn

Он хотел и не хотел видеть ее. Он любил и ненавидел ее. Он знал и не знал, он помнил и хотел забыть, он мечтал больше никогда ее не встречать и сам искал свидания. © Ri Unicorn

Ох, эту туманную осень было уже не спасти, так пусть горит она огнем войны, и пусть летят во все стороны искры, зажигающиеся в груди этих двоих...© Ri Unicorn

В нынешние времена не пугали детей страшилками: оборотнями, призраками. Теперь было нечто более страшное, что могло вселить ужас даже в сердца взрослых: война.© Ртутная Лампа

Как всегда улыбаясь, Кен радушно предложил сесть, куда вампиру будет удобней. Увидев, что Тафари мрачнее тучи он решил, что сейчас прольётся… дождь. © Бенедикт

И почему этот дурацкий этикет позволяет таскать везде болонок в сумке, но нельзя ходить с безобидным и куда более разумным медведем!© Мята

— "Да будет благословлён звёздами твой путь в Азанулбизар! — Простите, куда вы меня только что послали?"© Рысь

Меня не нужно спасать. Я угнал космический корабль. Будешь пролетать мимо, поищи глухую и тёмную посудину с двумя обидчивыми компьютерами на борту© Рысь

Всё исключительно в состоянии аффекта. В следующий раз я буду более рассудителен, обещаю. У меня даже настройки программы "Совесть" вернулись в норму.© Рысь

Док! Не слушай этого близорукого кретина, у него платы перегрелись и нейроны засахарились! Кокосов он никогда не видел! ДА НА ПЛЕЧАХ У ТЕБЯ КОКОС!© Рысь

Украдёшь на грош – сядешь в тюрьму, украдёшь на миллион – станешь уважаемым членом общества. Украдёшь у Тафари Бадда, станешь экспонатом анатомического музея© Рысь

Никто не сможет понять птицу лучше, чем тот, кто однажды летал. © Val

Природой нужно наслаждаться, наблюдая. Она хороша отдельно от вмешательства в нее человека. © Lel

Они не обращались друг к другу иначе. Звать друг друга «брат» даже во время битв друг с другом — в какой-то мере это поддерживало в Торе хрупкую надежду, что Локи вернется к нему.© Point Break

Но даже в самой непроглядной тьме можно найти искру света. Или самому стать светом. © Ri Unicorn


Рейтинг форумов Forum-top.ru
Каталоги:
Кликаем раз в неделю
Цитата:
Доска почёта:
Вверх Вниз

Бесконечное путешествие

Объявление


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Бесконечное путешествие » Архив незавершённых отыгрышей » [R; Teen Wolf] where did we go wrong?


[R; Teen Wolf] where did we go wrong?

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

[R; Teen Wolf] where did we go wrong?

http://funkyimg.com/i/2k9iQ.gif http://funkyimg.com/i/2k9iR.gif

время действия: 9 июня 2012 года
место действия: особняк Янгов

участники: Phantom as Bastian Young,
Adipouz as William Turner

описание эпизода и отступления от канона (если есть):
Люди носят маски почти всегда: надевают личину улыбчивости, когда хотят понравиться кому-то, прячутся под скорлупой ледяной вежливости, защищая свои границы, и неизменно облачаются в скорбь, когда кто-то умирает. Исключение составляют лишь случаи, когда беда приключается с кем-то из близких.
Только вот смерть Сайласа Янга не стала достаточной причиной для того, чтобы его дети сбросили маски. Идеально выверенная скорбь - вот что увидит полиция и судмедэксперт в морге; злая радость - вот, что есть на самом деле.
Стоило ли надеяться, что настоящих эмоций и в самом деле не увидит ни одна живая душа?


[STA]~ take me to church ~[/STA]
[NIC]Bastian Young[/NIC]
[SGN]http://funkyimg.com/i/2jp8o.gif[/SGN]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2q66i.png[/AVA]

Отредактировано Phantom (2017-03-11 15:28:46)

0

2

Ад – настоящий, темный и невыносимо жаркий ад; вот как Бастиан мог бы описать последние три дня. Ад – любой человек вправе так назвать свою жизнь, когда теряет кого-то близкого, ведь такие потери бесследно не проходят. Они неизменно оставляют в душе глубокие раны, болящие не дни и не недели – месяцы, а то и вовсе годы.
Да только ни у Бастиана Янга, ни у его сестры смерть отца ран не оставила – напротив, стала бальзамом, обеззаразившим старые рубцы, уродующие сердце еще с детства. Ад – в него их жизнь превратилась не из-за глубокого чувства потери, а от гложущего омерзения, когда друзья семьи появлялись в доме, искренне желая выразить соболезнования, и приходилось вновь и вновь надевать маску скорби. Ад – в нем была виновата и полиция, никак не желавшая оставить База и Рут в покое, словно и не положено родственникам погибшего хоть какое-то личное пространство. Их не подозревали – о, нет, только не после той истерики, что Рут виртуозно изобразила после опознания, и не слезы, которую Бастиан сумел-таки выжать из себя перед детективом, пока гладил то и дело вздрагивающую сестру.
После всего требовался отдых; Баз чувствовал, что нуждается в нем, иначе напряженность грозила обернуться настоящим нервным срывом – в конце концов, Янг никогда не был по-настоящему стойким человеком, за что следовало бы «поблагодарить» безвременно усопшего Сайласа.
Старые – и наверняка дорогие, как и все в этом доме, - часы в гостиной показывали без четверти десять вечера, когда Баз и Рут получили возможность закончить наконец свой спектакль – хотя бы на этот вечер.
- Сколько это еще продлится? – девушка потянулась с хрустом, прежде чем вытянуться на диване с бокалом бордо; увидел бы Сайлас – точно инфаркт получился бы.
- Понятия не имею, - Бастиан устроился в кресле напротив сестры – он выглядел устало и, пожалуй, немного болезненно, бледный как никогда, в непривычно-небрежно расстегнутой наполовину рубашке. – Нужно набраться терпения.  Мы ведь… позаботились обо всем. Осталось лишь подождать, пока полиция уладит формальности. А после – сможем вздохнуть полной грудью, сестренка.
Рут мечтательно уставилась в потолок, отпивая немного вина.
- Займусь… арт-кафе. Я всегда хотела, знаешь; он не позволял. Но теперь – можно.
Бастиан кивнул благосклонно и невольно улыбнулся, глядя на безмятежное лицо сестры – давно он не видел ее такой расслабленной и, казалось, счастливой. Сам он все еще не мог поверить до конца, что кошма в его жизни подошел к концу, и теперь – без самообмана и ложных надежд – можно было расправить плечи и начать жить.
- Все, что угодно, - тихо пообещал парень и наклонился к столику – чтобы долить еще вина в свой бокал. - Теперь действительно можно.
Трель дверного звонка разрезала вечернюю тишину как раз в тот момент; Бастиан вздрогнул он неожиданности, бокал качнулся в нетвердой руке, и белый ковер обагрился винным пятном.
- Черт, - шикнул Янг раздраженно, отставляя бокал и поднимаясь.
- Это еще кто? – Рут села на диване, поменявшись в лице мгновенно – безмятежность сменилась напряженностью и, казалось, тенью испуга.
Не мудрено – в такое время предыдущие дни их оставляли в покое уже. Баз пожал плечами и, переглянувшись с сестрой, кивнул ей, безмолвно прося не дергаться лишний раз. Звонок повторился, прозвучал словно бы настойчивее на сей раз, торопя.

Увидеть того, кто оказался на пороге, Бастиан откровенно не ожидал. Он замер – растерянный, искренне удивленный, - глядя во все глаза на Уилльями Тёрнера.
Они виделись три дня назад – в день убийства; перекинулись парой слов, заключавшимися не более, чем в соболезнованиях да принятии их, и разошлись. Баз не знал, что в голове и на сердце у Билла, но он сам все еще чувствовал себя неловко рядом с тем, кого когда-то любил, а после – оставил, поддавшись отчиму в который раз. Чувство вины за это Янг пронес сквозь годы, не растеряв ни капли – это он понял, стоило взглянуть на Уилла.
Сейчас тот выглядел решительно; совершенно незнакомый молодой мужчина – с ужасом осознал Баз, снизу-вверх глядя на него.
- Я пришел поговорить, я знаю, что вы сделали, - сгусток прямолинейности и беспардонности – то, что когда-то и заставляло сердце пропускать удары, смотреть заворожено, восхищенно, тянуться. Сейчас это… пугало.
- Да что ты? – холодно парировал Бастиан; уголки губ дрогнули в намеке на кривую ухмылку. – Любопытно. Потому что я не понимаю, о чем ты говоришь.
Он сделал шаг в сторону, впуская в дом – единственная возможность не привлечь внимания соседей, если вдруг завяжется перепалка. В таком исходе Баз был уверен даже больше, чем на сто процентов.
- Баз, - голос Тёрнера, казалось, прозвучал несколько мягче на сей раз, - дела обстоят серьезней, чем может показаться. Это убийство.
Янг в ответ пожал плечами – как можно более небрежно; на напряженную сестру он бросил лишь мимолетный взгляд и головой качнул так же незаметно – мол, молчи, не встревай. Рут нервно отпила из бокала, сжимая хрусталь пальцами опасно сильно – казалось, он вот-вот разлетится осколками.
- Я догадался, - в голосе База могла почудиться тень плохо скрываемого сарказма – очередной слой скорлупы, один из многочисленных способов защититься от мира. – Эксперт сказал нам, вообще-то.
Он оперся о подлокотник кресла, подхватив свой бокал предварительно; поднял внимательный, проницательно-пытливый взгляд на Уилла и залпов допил вино – даже вкусы на почувствовал, только то, как внутри все опалило на мгновение.
- У нас в доме горе, Тёрнер, - заметил Бастиан тихо. – А ты приходишь и напоминаешь нам о том, что кто-то лишил нас отца. Тебе лучше бы назвать причину этого, пока я не подал жалобу на участок.
- Я пришел сюда сам, никто в полиции Бикон Хиллс не знает, что я здесь.
Он не смотрел на сестру, но почувствовал буквально, как та вздрогнула. Внутри что-то похолодело: Уилл не выглядел, как кто-то, располагающий лишь догадками, он словно… знал наверняка.
- Наверх, Рут, - бросил Бастиан, не оглядываясь. – Иди к себе.
- Но… - начала было девушка, но Янг бросил на нее быстрый взгляд – смесь просьбы и непривычной строгости; Рут сглотнула невольно.
- Иди. Наверх, - повторил он почти по слогам и кивнул на лестницу. – Поздно уже.
Она, помедлив, кивнула.

Шаги Рут скоро стихли – только тогда Баз поднялся с кресла тяжело, прошел неспешно к серванту. Вернулся он еще с одним бокалом – для Уилла.
Вино в хрустале казалось кровяно-багряным – из-за тусклого освещения в гостиной. Бокал с тихим стуком опустился на стекло журнального столика, и Бастиан шагнул назад; застыл – напряженный, натянутый весь, как струна, руки скрещены на груди в защитном жесте, взгляд словно… бесцветный. Этот Бастиан – настоящий, без масок, искренне пугающийся мира и ненавидящий его одновременно, со всеми своими страхами – вот, смотрите, подавитесь.
- Как ты узнал? – спрашивает он глухо; голос, кажется, сел неожиданно.
- Я… Я почувствовал твой запах на ноже, которым перерезали шланги, - Билл опустил взгляд. – Баз, я просто хочу проверить. Просто расскажи мне все. Пожалуйста.
Объяснение тянуло на бред сумасшедшего, но… Тёрнер все равно знал – как ни крути. Стоило ли вдаваться в источники его знания? У База просто сил не хватало размышлять еще и об этом.
- Одно условие, - Янг смотрел мимо парня напротив – просто не мог встретиться с ним взглядом. – Рут не должна пострадать. Она… это не ее вина. Защити ее, что бы не произошло.
Горло пересохло и саднило. Бастиан выплеснул в бокал остатки вина и глотнул торопливо, нервно – он и сам был, словно обнаженный нерв сейчас.
- Что ты хочешь знать? Как я это сделал? Зачем? Почему? – губы тронула горькая улыбка; где-то на дне серо-голубых глаз плескалась смешанная с испугом ненависть.
Баз подался чуть вперед, склонился, вцепившись буквально нездорово-блестящим взглядом в Уилла, и усмехнулся непривычно шальной улыбкой – такой никто еще не видел, кроме сестры, пожалуй, в тот день, когда она перехватила его в коридоре с пистолетом в руках.
- Помнишь тот год, когда мы… расстались? Я два месяца провел в больнице перед этим. Какую версию выдали учителя тогда, а, Билли?
Это – важно; это – причина, исток всего. Баз знал, что не сможет говорить об этом долго, не сможет рассказывать – нервы слишком расшатаны, чтобы не захлебнуться паникой к концу печального повествования.  А, значит, придется Тёрнеру кое до чего дойти самостоятельно; Бастиан надеялся, что тот сумеет.

[STA]~ take me to church ~[/STA]
[NIC]Bastian Young[/NIC]
[SGN]http://funkyimg.com/i/2jp8o.gif[/SGN]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2q66i.png[/AVA]

Отредактировано Phantom (2017-03-11 15:29:03)

0

3

- Что ты хочешь знать? – Баз наполняет бокал.
Он отставляет бутылку и смотрит прямо на Тёрнера. Уилл видит, как в холодно голубых глазах Бастиана плещется такая же холодная, смешанная с испугом ненависть. Горькая усмешка База переросла в жуткую улыбку, непривычную для его спокойного аристократичного лица. Кажется, Уилл слышит, как бешено бьется его сердце и как сердце Рут мерно пропускает удары где-то в глубине второго этажа.
- Они сказали, ты упал с лестницы, - негромко проговаривает Билл, вновь опуская взгляд.
Он сам понимает, что это ложь. Разумеется, Бастиан не падал ни с какой лестницы. Уилл, кажется, слышит, как дрожат нервы Янга.
Баз кидает странный взгляд на Рут, присевшую на ступеньках, и сжимает бокал.
В тот день Уилл провожал Бастиана до дома после тренировки по лакроссу. Тернер много говорил, а Баз лишь улыбался в ответ.
- Поможешь мне с литературой? – спросил Уилл, подходя к особняку Янгов.
Баз смущенно опустил глаза, отнекиваясь, но все же согласился.
Уилл скинул с плеч рюкзак и обернулся на Янга, аккуратно закрывавшего калитку на заднем дворе.
Тёрнер положил голову на плечо Бастиану и улыбнулся в ответ на его взгляд. На самом деле, проблем с литературой у Уилла не было, ему просто хотелось побыть с Базом, как можно дольше. Он просто сидел под деревом на заднем дворе особняка в прекрасный мартовский день и слушал, как Бастиан читает «Великого Гэтсби». Уиллу бы хотелось провести так весь день, а может и всю жизнь. Вот так, не вдаваясь в подробности бытия и сюжета книги. Просто наслаждаясь голосом любви, казалось, всей его жизни. Баз, видимо, закончил читать главу и перевел взгляд на него. Тёрнер поднял голову, заглянул в светлые глаза напротив и посмотрел на губы Янга. Они оба инстинктивно подались вперед, целуя друг друга. Уилл не считал мгновения, теперь он точно хотел переживать этот день, как день сурка. Баз отвлекся на шум, источником которого оказалась Рут, его сестра. После того, как она вновь ускакала в дом, Бастиан сказал, что на сегодня хватит с него литературы, улыбнулся и поднялся с травы.  Уилл пожал плечами, напоследок обнял его и ушел, помахав смотревшей на них из окна Рут.
Тёрнер возвращается из воспоминаний в наполненную напряжением гостиную все того же особняка Янгов.  Он снова рядом с Базом, снова слушает его голос, но Бастиан уже не так близко, а его голос уже не такой красивый, дрожащий и севший. Уилл представляет ужин в семье Янгов восемь лет назад, представляет, как малышка Рут с детской наивной улыбкой рассказывает о том, что «Баз сегодня целовался с каким-то мальчиком на заднем дворе», а Баз опускает глаза, бессмысленно ковыряясь вилкой в тарелке. Уилл не представляет, но догадывается, как Сайлас Янг смотрит на пасынка.
- Сотрясение мозга средней тяжести и закрытый перелом большеберцовой кости, - заканчивает фразу Бастиан, и бокал разбивает об пол, выскользнув из его рук.
Рут тихо вздыхает, а Баз пронзительно смотрит покрасневшими глазами куда-то перед собой. Уилл не верит, что человек способен на такое. Рут сбегает по лестнице, но замирает на полпути, вновь наблюдая за молодыми людьми. Тёрнер берет Бастиана за руку, и Янг, вздрагивая, поднимает взгляд.  Ему тяжело, Уилл понимает, но это еще не признание, еще не конец.
- Баз, все будет хорошо.
Тёрнер не надеется, что это поможет.
- Может, хочешь воды?
- Он хочет, чтобы ты ушёл! – внезапно говорит Рут. – Уилл, это слишком.
- Рут, иди наверх, - так же неожиданно для Тёрнера просит Бастиан.
Это его решение и Базу не хочется, чтобы Рут его оспаривать. Возможно, ему скостят срок за чистосердечное. Это заявление сильно действует на нее, и она вновь возвращается на лестницу. Уилл все еще держит База за руку, а диктофон в его кармане все еще записывает. Смотря в блекло-голубые глаза Янга, Уильям Тёрнер, прежде честно стоящий на стороне закона, терялся и не знал, что ему делать.
Если База призовут к суду, то за чистосердечное его срок и, правда, уменьшат. Кроме того, его могу признать психически нездоровым и отправить в дом Эйхена. Сложно определить, что хуже.  Еще сложнее определить, что же делать. Ведь даже если сыграть по другому сценарию и скрыть настоящего виновника, Баз окажется за решеткой, а Тёрнер непременно составит ему компанию.
Уилл все еще держит Бастиана за руку, кажется, ему это тоже необходимо.

[NIC]William Turner[/NIC] [AVA]http://funkyimg.com/i/2pWku.png[/AVA] [SGN]http://funkyimg.com/i/2pWkL.gif[/SGN]

Отредактировано Adipouz (2017-03-08 13:21:49)

0

4

Говорить правду – что может быть сложнее? Бастиан понятия не имеет. Он всю свою чертову жизнь прожил во лжи, под сотней слоев разномастных масок, позволяя показывать себя настоящего разве что сестре и, может быть, Лу. Уилл… Уилл казался прошлым – болезненным, но все равно иррационально манящим; потому, что в этом прошлом было чувство, была правда. В этом прошлом Баз тоже пытался быть собой, и у него, черт возьми, получалось; пока Сайлас Янг не узнал об этом и не… сломал.
Это было больно – морально, в первую очередь; физически тоже, конечно, но больше – действительно морально. Отказываться от тех, кто тебе дорог… можно ли придумать пытку страшнее? Бастиан не уверен. Шрамы – где-то глубоко-глубоко внутри – не затянулись еще с того времени, с проклятых пятнадцати лет, и он знает – появления новых не пережит бы.
- Рут, пожалуйста, - просит хрипло, взгляд кидает – просящий, умоляющий почти, потому что на строгость сил больше нет; Бастиан Янг слишком устал, чтобы лелеять маски и сейчас. – Помолчи. Я устал лгать.
Сказать правду… от одной мысли об этом База почти перетряхивает. Он наощупь спинку кресла находит, опирается о нее тяжело, словно на плечи разом упал огромный груз, и теперь влечет к земле, вниз. Забавно; он чувствует себя так со дня смерти матери, но отчего-то ярче всего ощутил именно сейчас – в глаза первой любви глядя. Кто бы знал, как это тяжело, оказывается.
- Не нужно, - просьба глухо звучит; тонкие пальцы сжимаются, Бастиан запястье их чужой хватки выворачивает нервно, торопливо. Вот оно – то, что Сайлас сделал с ним, во всей красе; любуйся, Уилл. – Просто отойди. На два шага. Я не могу, когда люди так… близко.
Скрывать и правда сил нет – по Базу и так видно, что ему страшно: по вздрагивающим то и дело плечам, выступившей на лбу испарине, по судорожно сжавшимся на спинке треклятого кресла пальцам. Это очевидный срыв; Бастиан знает – заснуть ему в ближайшее время удастся только после горсти снотворного да седативных, щедро выписываемых психиатром.
Если вообще удастся; если бешено колотящееся сердце не пошлет его к черту раньше и не встанет наконец, прекращая агонию, называющуюся его жизнью.
- Сотрясение, перелом… Это был не единственный раз; ты знаешь. В школе все смеялись – сынок Янгов слишком неуклюжий, раз в больницах проводит едва ли не полжизни, - парень улыбается криво и почти с вызовом – откуда только силы берутся? – Но, Уилл, я никогда не падал с лестницы. Ни разу за всю чертову жизнь.
Повисшая пауза неловкой не кажется; она… горькая. Именно так – горькая, а еще – липкая; мерзость какая. Можно пощупать, казалось; всю отвратительную вязкость кончиками пальцев осязать. Бастиан от одной мысли об этом передергивает плечами.
Он ежится едва заметно, плечами ведет, словно в доме холодно, - это так, но неловкий жест другим совсем вызван. Намерением – едва оформившимся пока, но четкими, резкими линиями вырисовывающимся с удивительной скоростью. Раз Уилл хочет правда – будет ему правда, вся целиком, багряно-грязная и неприглядная. Пусть делает с ней, что хочет.
Янг лишь на лестницу взгляд бросает – убедиться, что сестры там нет, что она не увидит. Знать и видеть – разные вещи; он не хочет ломать Рут психику окончательно, как это с ним самим случилось. Так жить тяжело слишком.
- Мне было восемь, когда он впервые сделал это, - пальцы касаются пуговиц неловко, выпутывая их из петель, кажутся деревянными сейчас, словно и не пианисту вовсе принадлежат. – Сайлас вернулся пьяный после какой-то церемонии награждения. Не помню, что именно я тогда сделал – то ли дерьмовый бал по тесту получил, то ли пропустил языковые курсы… Я не помню. Но он так злился, что… это было страшно, Уилл. Очень, - Баз сглатывает, смотрит словно сквозь парня напротив – ничерта не видит, кроме смутных образов более чем десятилетней давности; зрачки расширены настолько, что светлой радужки и не видно почти. – Это нечасто случалось… Сперва, - ни одного конкретного слова; на это сил не хватает. Вместо того – Янг медленно поворачивается, голову склоняет, чтобы не дай бог взглядом не столкнуться, и белоснежная ткань рубашки соскальзывает с плеч, складками собирается где-то под лопатками, открывая полоски белесых шрамов.
Причудливый узор, страшный узор – шрамы перекрещиваются, друг на друга накладываются часто, в одном месте белесая полоса словно опоясывает плечо; узор уходит куда-то вниз. А у Бастиана вырывается неловкий полустон-полувскрик – чужой взгляд, прикипевший к спине, ощущается клеймом, и это… объективно больно. Больнее, чем когда-то давно проходящийся по спине ремень, в разы.
- Он узнал… о нас. И был в ярости, - глухо продолжает парень, не слыша, казалось, как голос выше на тон становится – еще один предвестник назревающей истерики, словно тех мало было прежде. – Я… не помню, как он сломал ногу. Он толкнул, сильно, я ударился виском о рояль. Не помню, что после было. Я в больнице очнулся.
Бастиан рубашку неловко натягивает, пальцы отказываются слушаться полностью; он забывает словно о намерении, о кресло опирается, склоняясь низко над спинкой и в сгибе локтя лицо пряча – защитная поза, подсознательная попытка спрятаться. От чего, от кого? От взгляда Уилла, от собственных слов? От всего сразу – вот что вероятнее.
- Он сказал – сделает с тобой тоже, если я не прекращу. Я… не мог этого допустить, - Баз лбом сильнее сжимается, зубы стискивает, рвущуюся наружу панику давя – безуспешно, увы. – Он после всегда так делал, все так… решал. Не знаю, я… пытался привыкнуть, просто не знал, что еще делать, его же весь город обожал, кто бы поверил, Уилл?.. Я… не хотел тобой рисковать.
Янг замолкает – ненадолго. Сглатывает, неловко рубашку натягивает, все так же позы не меняя; только после того, как все следы «счастливого» детства под тканью прячутся, чуть поворачивает голову, открывая лицо и покрасневшие глаза.
- Эта тварь тронула мою сестру, - это страшно, наверное, - то, как паника сменяется льдом, сталью в голосе. – Перед тем, как я его убил. Он не смел. Не смел превратить ее в то же, во что превратил меня.

[STA]~ take me to church ~[/STA]
[NIC]Bastian Young[/NIC]
[SGN]http://funkyimg.com/i/2jp8o.gif[/SGN]
[AVA]http://funkyimg.com/i/2q66i.png[/AVA]

Отредактировано Phantom (2017-03-11 15:29:16)

0


Вы здесь » Бесконечное путешествие » Архив незавершённых отыгрышей » [R; Teen Wolf] where did we go wrong?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC