http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/87111.css http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/98288.css
http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/21146.css http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/66837.css http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/32897.css
http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/57609.css http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/64280.css http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/96119.css
http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/86328.css http://forumfiles.ru/files/0008/c8/71/50008.css
Странник, будь готов ко всему! Бесконечное путешествие открывает для тебя свои дороги. Мы рады видеть любого решившего отправиться в путь вместе с нами. Никаких рамок, ограничений, анкет, занятых ролей... Кроссплатформа приветствует тебя.
На форуме содержится контент 18+

Здесь могла бы быть ваша цитата. © Добавить цитату

Кривая ухмылка женщины могла бы испугать парочку ежей, если бы в этот момент они глянули на неё © RDB

— Орубе, говоришь? Орубе в отрубе!!! © April

Лучший дождь - этот тот, на который смотришь из окна. © Val

— И всё же, он симулирует. — Об этом ничего, кроме ваших слов, не говорит. Что вы предлагаете? — Дать ему грёбанный Оскар. © Val

В комплекте идет универсальный слуга с базовым набором знаний, компьютер для обучения и пять дополнительных чипов с любой информацией на ваш выбор! © salieri

Познакомься, это та самая несравненная прапрабабушка Мюриэль! Сколько раз инквизиция пыталась её сжечь, а она всё никак не сжигалась... А жаль © Дарси

Ученый без воображения - академический сухарь, способный только на то, чтобы зачитывать студентам с кафедры чужие тезисы © Spellcaster

Современная психиатрия исключает привязывание больного к стулу и полное его обездвиживание, что прямо сейчас весьма расстроило Йозефа © Val

В какой-то миг Генриетта подумала, какая же она теперь Красная шапочка без Красного плаща с капюшоном? © Изабелла

— Если я после просмотра Пикселей превращусь в змейку и поползу домой, то расхлёбывать это психотерапевту. © Кэрка

— Может ты уже очнёшься? Спящая красавица какая-то, — прямо на ухо заорал парень. © марс

Но когда ты внезапно оказываешься посреди скотного двора в новых туфлях на шпильках, то задумываешься, где же твоя удача свернула не туда и когда решила не возвращаться. © TARDIS

Она в Раю? Девушка слышит протяжный стон. Красная шапочка оборачивается и видит Грея на земле. В таком же белом балахоне. Она пытается отыскать меч, но никакого оружия под рукой рядом нет. Она попала в Ад? © Изабелла

Пусть падает. Пусть расшибается. И пусть встает потом. Пусть учится сдерживать слезы. Он мужчина, не тепличная роза. © Spellcaster

Сделал предложение, получил отказ и смирился с этим. Не обязательно же за это его убивать. © TARDIS

Эй! А ну верни немедленно!! Это же мой телефон!!! Проклятая птица! Грейв, не вешай трубку, я тебе перезвоню-ю-ю-ю... © TARDIS

Стыд мне и позор, будь тут тот американутый блондин, точно бы отчитал, или даже в угол бы поставил…© Damian

Хочешь спрятать, положи на самое видное место. © Spellcaster

...когда тебя постоянно пилят, рано или поздно ты неосознанно совершаешь те вещи, которые и никогда бы не хотел. © Изабелла

Украдёшь у Тафари Бадда, станешь экспонатом анатомического музея. Если прихватишь что-нибудь ценное ещё и у Селвина, то до музея можно будет добраться только по частям.© Рысь

...если такова воля Судьбы, разве можно ее обмануть? © Ri Unicorn

Он хотел и не хотел видеть ее. Он любил и ненавидел ее. Он знал и не знал, он помнил и хотел забыть, он мечтал больше никогда ее не встречать и сам искал свидания. © Ri Unicorn

Ох, эту туманную осень было уже не спасти, так пусть горит она огнем войны, и пусть летят во все стороны искры, зажигающиеся в груди этих двоих...© Ri Unicorn

В нынешние времена не пугали детей страшилками: оборотнями, призраками. Теперь было нечто более страшное, что могло вселить ужас даже в сердца взрослых: война.© Ртутная Лампа

Как всегда улыбаясь, Кен радушно предложил сесть, куда вампиру будет удобней. Увидев, что Тафари мрачнее тучи он решил, что сейчас прольётся… дождь. © Бенедикт

И почему этот дурацкий этикет позволяет таскать везде болонок в сумке, но нельзя ходить с безобидным и куда более разумным медведем!© Мята

— "Да будет благословлён звёздами твой путь в Азанулбизар! — Простите, куда вы меня только что послали?"© Рысь

Меня не нужно спасать. Я угнал космический корабль. Будешь пролетать мимо, поищи глухую и тёмную посудину с двумя обидчивыми компьютерами на борту© Рысь

Всё исключительно в состоянии аффекта. В следующий раз я буду более рассудителен, обещаю. У меня даже настройки программы "Совесть" вернулись в норму.© Рысь

Док! Не слушай этого близорукого кретина, у него платы перегрелись и нейроны засахарились! Кокосов он никогда не видел! ДА НА ПЛЕЧАХ У ТЕБЯ КОКОС!© Рысь

Украдёшь на грош – сядешь в тюрьму, украдёшь на миллион – станешь уважаемым членом общества. Украдёшь у Тафари Бадда, станешь экспонатом анатомического музея© Рысь


Рейтинг форумов Forum-top.ru
Каталоги:
Кликаем раз в неделю
Цитата:
Администрация:
Доска почёта:
Вверх Вниз

Бесконечное путешествие

Объявление


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Бесконечное путешествие » Неформат » [NC-17] Сверкающие небеса


[NC-17] Сверкающие небеса

Сообщений 1 страница 28 из 28

1

http://s8.uploads.ru/CBeYZ.jpg

Предыстория

Ровно тринадцать представителей Дневного Дозора были допущены к поиску "Оков Севера", потерянному несколько десятков лет назад артефакту. Его след был найден почти одновременно русскими, американцами, французами, кенийцами, индийцами, румынами, шведами, австралийцами, китайцами, мексиканцами, датчанами и темными Ватикана. А немцы претендуют на него по праву происхождения Великого Кёллера, создателя "Оков", бывшего преданным подданным Sacrum Imperium Romanum Nationis Germanicæ*.
После нескольких стычек, повлекших за собой смерти среди темных и пристальное внимание Ночного дозора и Инквизиции,  конклавом темных магов было решено отправить на поиски "Оков Севера" по одному дозорному из каждой страны-претендента, равных по силе и лишенных каких-либо вспомогательных средств, в виде амулетов и зелий. В процессе поисков разрешены любые виды магических и физических воздействий, запрещены только преднамеренное убийство участников и помощь извне.
* Священная Римская Империя Германской нации

Артефакт

"Оковы Севера" - романтичное название мощному артефакту, созданному Великим Темным Иным дали уже после смерти его творца. Этот артефакт позволяет любому темному магу, владеющему им, обрести неоспоримое преимущество перед противниками в открытом бою. "Оковы" перекрывают возможность уйти в Сумрак до 4 уровня всем, кто попадает под их действие, в то время, как владелец этого артефакта может спокойно перемещаться в доступных его уровню слоях.
В Сумраке "Оковы Севера" выглядят как светящаяся белым сеть тонкого плетения. В обычном мире ее внешний вид пока не известен.
Артефакт был создан Великим Темным Иным Кёллером в 17 веке. Перед смертью Кёллер спрятал свое сокровище, не оставив прямых намеков на тайник. Десятки лет темные маги разных стран пытались напасть на след "Оков" и, наконец-то, нашли. Наследие Кёллера по сию пору покоится где-то во льдах Гренландии.


Место действия
: Гренландский национальный парк, февраль 2018г
Участники:

Рауль "Ангельский" Руссо, темный маг 3 уровня, США

Рауль "Ангельский" Руссо, 33 года. Темный маг 3 уровня, США, Нью-Йорк.
1. Билингв. Свободно говорит на американском английском и канадском французском. Родом из Нью-Брансуика, родился в Монктоне в 1984 г.
2. Детство прошло под крики деспотичной матери, которую Рауль ненавидит до сих пор. Другое яркое воспоминание о родственниках — разговоры вполголоса с кем-то придуманным, несуществующим бабки по материнской линии. Она страдала шизофренией.
3. В 1991 г. семья эмигрировала в США. Отца, талантливого кардиохирурга, перевели в американский филиал сети частных клиник. Кроме того, он преподавал в Колумбийском университете. Денег хватало всем.
4. В тринадцать Рауль связался с плохой компанией. Заигрывать с наркотой не стоило, но это случилось. За пристрастие к фенциклидину получил кликуху Ангельский. Как удалось завязать, одному Богу известно.
5. Сегодня Рауль не поддерживает никаких отношений с близкими и для своей семьи не существует. Знает, что сестра успешно поступила в Чикагский университет. Предпочитает радоваться за неё на расстоянии.
6. Официально безработный. Единственный более-менее законный источник дохода — фриланс. Арендует убитую квартирку на юге Бед-Стай. В собственности числится Форд Мустанг вишнёвого цвета 1988 г. в.

Ион Матей, темный маг 3 уровня, Румыния

Возраст: около 150 лет, выглядит на 30-33
Семейное положение: холостая блядина с кучей неизвестных ему бастардов
Матей был инициирован темными в ранней его молодости. Он рос в нищете городских кварталов безродным псом, и скорее всего, сдох бы, не достигнув совершеннолетия, если бы не его дар. Получив инициацию, научившись им владеть, Ион выбрался из трущоб, погрузился в жизнь Иного с головой. За время своего бытия успел многое: повоевать в двух Мировых войнах, полежать несколько лет под печатями за распутно-опасное поведение и связь со светлым, посидеть пару лет в современной уже тюрьме.
Жизнь не наскучила Матею. Он с удовольствием следит за тем, как стремительно придумывает мир новые развлечения, как течет и изменяется мораль и этика, как бывшие слуги становятся хозяевами, а личности - рабами техники. Ион - страстный гедонист, стремящийся получать удовольствие от жизни, не страдающий скукой и унынием. Эгоистичен, в потакании своим желаниям часто преступает светский закон, но наказание за нарушение законов Дозоров надолго въелось в память и в этой области косячить не спешит. Способен на насилие, на убийство, но не маньяк, получающий удовольствие от оного.
Внешне Ион - красивый, в меру ухоженный молодой мужчина, с крепким, тренированным телом. Запястья до локтя покрыты изящной кельтской вязью, на правой ягодице изображение Микки Мауса. Цвет волос - выгоревший шатен, цвет глаз - с утра были зелеными, наглыми и хитрыми.
Навыки: Темный маг третьего уровня.
Знает все то, что положено современному молодому человеку, а так же умеет стрелять из разного оружия, владеет ножевым боем, рукопашным боем, который сложно уже отнести к какому-либо стилю, зато эффективно.

Отредактировано Ион (2018-04-30 04:53:25)

0

2

Ион

  "Уста премудрых нам гласят:
                                                                                                                                          Там разных множество светов;
                                                                                                                                          Несчетны солнца там горят,
                                                                                                                                          Народы там и круг веков…"*

Под крылом частного самолета мелькали высокие вершины хребта Уоткинса , острые, безжалостно-прекрасные, выскобленные постоянным ветром с восточной стороны. Где-то тут, в бескрайной власти льда пряталась великая реликвия, к которой, несмотря на морозы, стремились сотни магов со всего света. Ион был уверен: будут нарушители, будут те, кто пролезет в парк без разрешения конклава. И этих нарушителей разрешено потрошить на безделушки, если, конечно, те не окажутся более сильными. Матей поежился в кожаном кресле, оторвал взгляд от завораживающей красоты снежного царства и мысленно "поблагодарил" весельчака Кёллера, решившего и после смерти оставаться во истину темным засранцем! Это ж надо было додуматься похоронить свое сокровище в таком месте!
Шеф сидел напротив и совершенно невозмутимо пил виски и смотрел какой-то тупенький сериал. Его, казалось, совершенно не заботило, что через несколько минут они приземлятся в гиблом месте, наполненном толпой магов. В Иллоккортоормиуте, деревушке, название которой Ион пытался запомнить долбанные пять часов лета, уже ждали маги Инквизиции и наблюдатели от Ночного дозора. Светленькие проныры умудрились залезть даже во внутренние дела Дневных дозорных. Но больше, чем конкуренты и извечные соперники Иона бесило спокойствие шефа. Конечно, не ему яйца несколько дней, а то и недель морозить!
- Ты слишком громко думаешь, Кузнец, - надо же, шеф потрудился произнести что-то вслух! Ион фыркнул и отвернулся к иллюминатору. Началась посадка, самолет постепенно снижал высоту и реальность приобретала куда более четкие очертания.
Румынская делегация прибыла седьмой. Строго по расписанию. Иначе было никак - крошечный аэропорт Иллоккортоормиуте не мог принять такого объема техники в один миг.
Когда они вышли из тепла самолета их почти сбил с ног жуткий ледяной ветер. У Иона в мгновение покрылись инеем усы и борода, и он поспешил застегнуть воротник высокой куртки до самого носа.
- Срань господня, - проорал он в сердцах. Даже в самых смелых своих кошмарах теплолюбивый румын представлял себе несколько иные ощущения от предстоящей высадки в жопе мире. Возникло непреодолимое желание развернуться на все сто восемьдесят и вломиться в плавно отъезжающий самолет с дикими воплями "ироды, заберите меня обратно". Но властный взгляд шефа помог с этим желанием справиться. В конце концов, Ион вызвался сам. Добыть такой великий артефакт означало стать действительно крутым магом. С "Оковами севера" и их владельцем будет считаться даже шеф.
Их встретил единственный местный дневной дозорный. Крошечная девочка с глазами-щелочками, она не протянула руки, просто спросила имена и уровни, чисто формально поинтересовалась целью прибытия. После того, как церемония приветствия была окончена, аборигенка указала на укутанный метелью домик с ярко-синей крышей.
Пришлось туда брести, чертыхаясь на ветер и снег в лицо. За спинами удаляющихся румынов прогудел мотор их взлетающего самолета...
В домике пахло жизнью. Тут можно было снять шапку, даже слегка расстегнуть воротник. Внутри в маленькой комнатке, почти без мебели, ютилось еще три человека. Ион пригляделся - нет, никого знакомого. Какой-то негр, смотреть на которого было просто страшно, так бедолага замерз и скукожился, кутаясь в цветастые пледы, девица средних лет, в меру уродливая, без "паранджи", так как на всей территории деревеньки на время старта погони была запрещена магия и невнятный какой-то парнишка, стоящий у окна, спиной к вошедшим. Зато его куртка приветствовала всех яркими буквами "США". Отличная компания! Хлопнула входная дверь - шеф покинул помещение, в котором явно собрались только участники предстоящей гонки.
- Всем привет, - английский у Иона был вполне понятен, терпим и удобоварим. Негр на него только взгляд поднял, полный страдания, девица пожала плечами, видать ни черта не понимала языка. У Иона складывалось ощущение, что он попал на спортивные сборы перед олимпиадой. Куча разных стран, но цель у всех одна. Только на их соревнованиях можно было и шею свернуть... Да и приз стоил куда дороже золотых кругляшей.

* (с) М. Ломоносов

Рауль

День ясный и холодный. 
                                                                                                                                                             Солнце дольше стоит в небе, 
                                                                                                                                                              и по обе стороны от него
                                                                                                                                                              сверкают ложные солнца,                                                                           
                                                                                                                                                              и воздух блестит морозной
                                                                                                                                                              пылью.©
Иллок. Кор. Тоор. Миут. Звучало как заклинание вызова по меньшей мере Вельзевула; Ангельский повторил идиотский набор слогов несколько раз, но так ничего и не добился. Те никак не хотели запоминаться. Попробуем снова.
Илкор. Топор. Мяу. Да кто вообще это придумал, вашу мать! Руссо прильнул разгорячённым лбом к прохладному стеклу иллюминатора. Да, невовремя он приехал в Большое яблоко, нечего сказать. Ангельский как раз раздобыл немного классной канадской травки, чтобы немного оттянуться у себя в берлоге, когда начальство внезапно спохватилось. Рауль материл всех и вся на американском английском, канадском французском и ломаном испанском, который знал из рук (изо рта?) вон плохо.
Да, теперь становилось понятным, чего изволит почтенная публика, но до сих пор непонятно, почему именно он. Уилкинс вышел в отпуск, улетев на Гавайи, бывшая украинка мисс Леонофф не подходила по политическим соображениям, Фернандез загремел в психушку. Кое-кто отказался под предлогом "я там сдохну, идите вы в жопу". Миллион и одна причина, почему ехать ему, а не кому-нибудь другому, и это-то при том, что Руссо бывший наркоман и амбициозен только по части дури и денег. Дело труба.
Великий, конечно, обладал завидным чувством юмора. Мог бы спрятать артефакт где-нибудь на Майорке, а; Ангельский бы и слова ни сказал. Но здесь, в холоде, с риском отморозить себе всё к чёртовой матери... только один вопрос: а на хуя, собственно?
От аэропорта сорок километров пришлось преодолеть на вертушке. Четыреста пятьдесят местных жителей, населяющих эту мерзкую дыру, выползли поприветствовать гостя из Штатов... о, "конечно". Да нихуя подобного!
— Лететь двенадцать часов, чтобы увидеть это уродство? — пробормотал Рауль. — Я впечатлён. Нет, правда.
Каменюки размером с человеческую голову и больше, сложенные горкой, вдохновляли. Это, вероятно, похоронили надежду Ангельского быстро, а главное, живым выбраться отсюда. Лет пять назад Руссо побывал на Аляске, которую в своё время лихорадило в корчах золотодобычи, и пришёл к выводу, что он не сраная Эльза, которой "холод всегда был по душе".
— Где здесь кабак? Давай напьёмся, Лула, — предложил он шефине.
Фамильярность на враждебной студёной земле цвела и колосилась. По правде говоря, Ангельский так приводил в порядок голову.
— Ни в коем случае, — сухо отрезала стерва. — Вскоре начнутся поиски. Отнесись к этому со всей серьёзностью. Помнишь, для чего всё это лично тебе?
— "Только при выполнении этих условий с тебя будут сняты все обвинения", бла-бла-бла, — кисло высказался Ангельский, кутаясь в куртку-арктику.
Ни хрена не помогло, холодрыга, шо пиздец. Дальше последовали формальности с оформлением. Рауль, естественно, был счастлив до соплей лицезреть Светлых, вперёд которых двигалось их не в меру раздутое эго, и пару Инквизиторов, представляющих "нейтральных наблюдателей". Ну-ну.
Через полчаса Лула улетит, и он останется один на один с Гренландией и с соперниками, жаждущими разделаться с конкурентами, что бы там ни говорилось. Бле-е-еск.
В небольшом домике, предоставленном гостю из Соединённых Штатов, обнаружилось, что не только ему предоставили жилплощадь. Афроамериканец, одна штука, говоря языком толераздов, и не слишком симпатичная баба. С последней удалось объясниться жестами и выяснить, что зовут её Падма. Цветок лотоса, стало быть. Очень страшненький цветок, надо заметить. Негр говорил по-французски, но куда более чисто по сравнению с Ангельским. Из Орлеана, Базиль Лебрюн. На этом знакомство Рауль посчитал состоявшимся и принялся перебирать вещи, разыскивая термобельё. Не хватало отморозить себе что-нибудь!
Когда он найдёт чёртовы оковы — заметьте, "когда", а не "если", — он нажрётся в хлам. Ну а пока...
Дверь скрипнула, пропуская в помещение очередного гостя. Ангельский подышал на руки, отогревая их собственным теплом, и обернулся. На пороге стояло тело, говорившее по-английски. Это хорошо, а то Рауль, мать вашу, начал забывать, что английский — интернациональный язык!
— Привет. — Ангельский сощурился, оценивая незнакомца.
Борода по последнему слову техники... Почему он не отпустил такую же, чтобы не отморозить ебло? Ха. Миллион раз ха!
— Рауль Руссо, — коротко отрекомендовался маг.
Сейчас бы сбрехать, что он из Франции! Или из Канады, но та не приглашена. Так и пришлось честно дополнить:
— Из Америки.
Тут бы добавить щепотку национальной гордости в котёл с неаппетитной бурдой нежелательного знакомства, но чёрта с два. Руссо не испытывал никакого патриотизма по отношению ко второй родине. Тем более что именно там ему предъявили столько обвинений, что хоть стой, хоть падай, хоть садись.
— Это Падма, фамилии не знаю, она из Индии и не говорит по-английски.
Капитан Очевидность Руссо.
— Это Базиль Лебрюн. Не советую к нему лезть, он серьёзный парень, — со смехом представил Рауль.
Изо всех, находившихся в домике, только этот последний гость катил на то, чтобы с ним выпить. Вопрос, пьёт ли он вообще или того-этого. Верблюд в завязке.

Ион

"Ну и отлично", - подумал румын. Хоть один из присутствующих мог поддерживать с ним беседу. Светскую. Ничего личного. Перед Кузнецом стояли и сидели не приятели по команде, не спортсмены из других стран, прибывшие на мирное состязание, а настоящие Иные, намеренные урвать победу любой ценой. И, в отличие от светлой братии, не стремящиеся прикрывать свое дерьмо белыми одеждами миротворцев и добряков. Как ни крути, а Дневной дозор честно скалил зубы на себе подобных.
- Ион Матей, можно Кузнец, - румын пересек комнату и с удовольствием пожал руку американцу. Да, с удовольствием, потому что та была теплой. Негру он тоже протянул руку, но тот лишь кивнул, не спеша высовывать конечности из своего пестрого кокона. Ион был уверен, что как только будет позволено использовать магию, этот черно... выходец из жарких стран наколдует вокруг себя кокон с песочком и сухим бризом полуденной Сахары. Пусть колдует. И тратит силы. Шеф перед вылетом дал важный совет своему подчиненному: не отогревайся днем. Иди днем, без остановки иди. Грей только место сна.
Это только кажется, что простенькое заклинание отогрева себя любимого не съедает энергию. Еще как съедает, хотя бы потому, что пополнить ее запасы попросту будет негде. Здесь, в суровых условиях севера, люди ютились в укромных деревеньках, крошечных. И, насколько знал Матей, путь магов лежал в самую дичь, глушь, где по пути попадется только одна спасательная станция, на которой уже дежурят не люди,  а наблюдатели от Инквизиции, чтоб у них яйца отмерзли. А значит рассчитывать можно только на то, что у тебя есть. И на Сумрак, в котором, как известно, тоже не Майями.
- Мое почтение, - раскрытая ладонь румына застыла в воздухе напротив индианки. Хрен бы знал, как принято здороваться с женщинами в тех краях. Но, благо, страшилка самоуверенно вложила свою смуглую ручку в лапу Матея и сама потрясла, повторяя за американцем свое имя. На ее лице, слишком грубом, не женственном, явно читалась непривычная неуверенность. Наверняка у себя на родине она носила "паранджу" и днем и ночью и слыла отчаянно прекрасной. Взгляд у нее был умный, так что не стоило рассчитывать, что она будет тратиться на свой облик в ледяной пустыне.
- Отличная компания. Остальные, видать, в апартаментах поудобнее расположились?
Ион не спешил раздеваться. Он сел на свободный стул, рядом с американцем, зябко подул на руки. В его походном рюкзаке где-то в кармане лежали ручные грелки, но все вещи отнесли на досмотр в другое место. Ион плеснул себе кипятку в свободную чашку, насыпал растворимого, невыговариваемой марки кофе. На вкус было отвратно, только жажда тепла подгоняла выпить всю эту мутную жижу до самого конца. Повисла напряженная тишина. И впрямь, что говорить в кругу своих конкурентов? Только очевидности о том, что за бортом -34 и ветер такой, что сбивает с ног. Но об этом даже думать не хотелось.
- Руссо, давай пари? На то, кто сойдет с дистанции первым, - Ион намешал себе еще одну чашку пойла, - я ставлю на негра, - в Румынии о политкорректности пеклись куда меньше, чем в штатах, - ставлю... ящик виски. Или что ты там предпочитаешь.

Рауль

Месье Лебрюн так стучал зубами, что казалось, в маленьком серванте нервно позвякивает фарфоровая посуда. Каким местом думали французы, отправляя сюда теплолюбивого пожирателя круассанов и жабьих лапок, — непонятно. Зато Падма во время обмена любезностями держалась вполне раскованно, словно обладала каким-то тайным преимуществом, позволяющим относиться к соперникам немного... снисходительно что ли?
"Выебешь её ночью", — ласково шепнул в голове одновременно знакомый и незнакомый голос, и Ангельский замер, покусывая сухие губы.
— Она же страшная, ну, — пробормотал он себе под нос едва слышно.
Хорошо, что новый знакомый в это время обхаживал улыбчивую, но молчаливую Падму, и негр клацал зубами и страдальчески вздыхал в своих одеялах. Как и Матей, Руссо заранее прикинул, что француз, скорее всего, будет тратить силы на обогрев себя любимого. Что, в общем-то, играло Ангельскому на руку.
Нет, ну это, конечно, никуда не годится: посторонняя болтовня в башке. Руссо к ней привык, обращался к сохранной части своей личности. Видите ли, господа хорошие, если по улице маршируют ладным строем лиловые крокодилы с тросточками, это вовсе не означает, что допустимо не умываться или не чистить зубы... но шизофрения прогрессировала.
— Наверняка, — недовольно буркнул Ангельский в ответ на предположение о том, что кому-то достался домик с камином и прочей скандинавщиной.
Так-то оно бы не помешало, ох, не помешало бы! Камин и скандинавщина-то, а вместо этого обогреватель на последнем издыхании, который успел считай присвоить ошалевший от климата негр.
Руссо со вздохом потянул сигарету из мятой пачки Лаки Страйк. Лаки Страйк — это такая тема, которая отражает дух американской свободы и рака лёгких одновременно. Впрочем, собственные лёгкие — это последнее, за что переживал Ангельский. Зато, как выяснилось, искренне беспокоилась Падма.
— Ноу, ноу! — возопила она, выхватывая из рук Рауля сигарету.
Грозно помахала ею в воздухе, свела соболиные брови к переносице и строго повторила:
— Ноу!
— Хорошо, хорошо. — Руссо поднял раскрытые ладони, мол, сдаюсь, только отвянь, ведьма.
Нет, совершенно определённо, никакой ебли с этой сукой: потом мозги высосет через трубочку, и придётся жениться.
— Ну пиздец теперь, чо.
Успокоенная Падма вернула ему сигарету, и Ангельский отправил ту обратно в недра пачки. Со вздохом убрал Лаки Страйк в карман куртки.
Пока суд да дело, славянин успел навести себе чашечку коричневой бурды, по странному стечению обстоятельств пахнущую как кофе. В куртке у Ангельского имелась фляга горячительного, но делить её со всеми присутствующими не хотелось от слова совсем. Жадность раньше Руссо родилась, да и кто они, собравшиеся вокруг него? Как минимум половина из них без пяти минут покойники. Ангельский сознавал, что такое суровые северные условия; в силу этого его, вероятно, и вынудили, хотя имелись другие кандидаты... Так вот, сдохнуть в арктических широтах — как два пальца обоссать, и никакая магия не переломит ситуацию.
Катастрофическая малочисленность местного населения делала маловероятной возможность покормиться на месте. Всё это приходилось учитывать заранее. Дело пахнет керосином. Тело. "Грузом 200" оно пахнет, ей-богу.
Пари, значит? Пари. Ну-ну.
"Вот ты и сойдёшь", — мысленно ухмыльнулся Ангельский. Впрочем, на морде лица не дрогнул ни единый мускул, во многом потому что Рауль ставил на другого. Первым сдохнет черножопый. Или нет, баба. Падма с глазами стельной коровы, потому что Индии — тёплая страна, а цветок лотоса не выглядит бывалой путешественницей. Нет, серьёзно. Вы посмотрите на её бронзовое табло, обласканное солнечными лучами!
— Чтобы пари состоялось, мне придётся проголосовать за эту Мату по Харе, — задумчиво высказался Ангельский.
Он бессовестно пользовался тем, что ни Базиль ни Падма не говорили по-английски — или успешно делали вид, — а потому допускал вольности. Но вообще допускать вольности — национальная доктрина внешней политики США, так что эврисин олрайт.
— Вискарик — это заебок. Окей, я ставлю на Индию.
Волоокая Падма подняла глаза и уставилась на Рауля. Потом коротко — на Иона — и вернулась к прерванным делам.
— Это ты мексиканского фахитоса не видел, — криво улыбнулся Ангельский, — а вот я — видел. Славный парень в этой, как её? Сомбрере.
Фыркнул и упрямо грызнул обветренную, сухую, будто наждак, нижнюю губу. Отмирающая кожа сходила с неё струпьями, и ничего с этим не поделаешь.
Любопытно, конечно, что заставило присутствующих пуститься во все тяжкие смертельно опасного поиска. Матей — пожалуй, единственный, кто выглядел достаточно амбициозным, чтобы влипнуть в дерьмо по доброй воле. О себе Ангельский привычно не распространялся. Лишнее оно.
— Почему ставишь на француза? Он я-я-явно что-то скрывает.
Плавали, знаем таких тёмных лошадок-тихонь: сначала мирно жуют себе овёс, а потом глядишь, мотают твои кишки на подтяжки. Не-не-не, ну его нахуй.
— Во сколько там по местному времени начнётся гонка? — Ангельский вытянул из кармана айфон с разбитым тачскрином и приложил большой палец к кнопке "домой".

Ион

Американец принялся болтать без умолку. Видать с другими конкурентами у него не нашлось общих тем для разговора, а может за бесконечным потоком слов он прятал волнение. Ион был совсем не прочь слушать наполовину понятную ему речь, щедро сдобренную сленгом и ругательствами. И все было мирно-чинно, покуда Руссо не мелькнул перед носом румына сигаретами. "О чудо чудесное, о торжество человечества, о да! О да, мать вашу!" Курить Матей хотел больше, чем согреться. В самолете шеф запретил дымить строго-настрого, несмотря на то, что мог одним щелчком пальцев собрать весь дым в один клубок и рассеять его где-то над Канарами. Вот она - злостная дискриминация курильщиков... По дороге от трапа до временного укрытия у Иона не возникло желания вытаскивать руки из теплых карманов, высовывать нос на ветер. Вот она - прекрасная возможность насладиться терпким дымом, механически-приятными движениями, мимолетной расслабленностью в голове от первой затяжки... Аррр! Сейчас это было бы лучше, чем секс!
Но кое-кто в этой комнате считал, что раз имеет сиськи, то наделен правами всевышними и прислан сюда не иначе, как самим  многоруким Шивой, чтобы вести борьбу с грехами этого мира. Ион удивленно взирал, как американец послушно убирает сигареты. Гребаная толерантность!
- По рукам, - они все же заключили пари. Ион на мгновение отвлекся от мысли о сигаретах, задумавшись над вопросом Руссо. Да, это было слишком очевидно, ставить на проигрыш негра. Не верилось, что в довольно сильном Дозоре Франции не нашлось кого-то более подходящего. Эта скукоженная мамба могла нести в себе опасность, о которой еще несколько мгновений назад недальновидный румын и не подумал бы. Не признаваться же в собственной глупости. Правильно, лучше просто пожать плечами, сохраняя на лице таинственную улыбку.
- Дружественный обмен, чтобы закрепить сделку? - Ион тряхнул башкой. Отступать он не намерен, к тому же, проиграть ящик вискаря - не слишком большая трагедия, как проебать жизнь. В американце можно было найти союзника. Хотя бы временного. Самый жестокий хаос и резня предстоит сразу после старта, когда все крыски выбегут из загона и помчатся, распихивая друг друга, к предложенному им сыру. В мышеловке. Выходить из окружения куда выгоднее вдвоем, а дальше - разберутся.
Ион намеренно широким жестом расстегнул карман своей куртки, выудил оттуда пачку крепких сигарет, вытянул одну зубами, лукаво сверкнув взглядом в сторону вмиг нахохлившейся индианки. Ей, чтобы проделать трюк с выуживанием сигареты, придется встать и обогнуть стол. А еще было чертовски любопытно, как отреагирует негр. Ион глаз с него не сводил, пока чиркал замерзшей зажигалкой.
- Через час. Как прибудет последний из списка, соберут на краткий инструктаж, как будто бы это необходимо, и после наладят пинка в ледяные дали, - возмущенное бормотание девицы не остановило руку Иона, несущую горящую зажигалку к белому тельцу сигареты. Маг затянулся, расплылся в широченной улыбке и протянул дымящийся нектар новому знакомому.
- Как насчет, считать эту сигарету трубкой мира? Точнее, перемирия. Я бы не хотел слечь на самом старте, потому что твой приятель в самбрере пустит в истерике площадной огонь. Прикроем друг друга. Допустим, пока нас не останется в игре трое. После - каждый сам за себя.
Заключать сделки не запрещалось. Об этом просто никто не договаривался, ибо уровень недоверия среди Дневного Дозора зашкаливал.
Ион вновь пробуровил кучу пестрых тряпок на диване. Но афро-француз не подавал виду. То ли и впрямь не понимал языка, то ли оказался слишком умным, ушлым и хитрым. Плакал ящик вискаря... А в лице индианки он явно приобрел врага. О, этот яростный взгляд! Похоже, у себя на родине она имела какой-то вес и привыкла к власти. Ион смаковал ее негодование, но что она могла без магии, одна, против двух мужчин?

Рауль

На континенте, подарившем миру табак, борьба с курением давно приобрела характер мании. В Нью-Йорке, откуда на поиски древнего артефакта прилетел Рауль, курить запрещено практически везде, кроме разве что собственной постели, но и там не рекомендовано, поскольку огнеопасно. Вдвойне приятней встретить курильщика за пределами Штатов: всё-таки не весь мир сошёл с ума, не весь. Зато предсказуемо не обрадовалась Падма. Длинные крепкие ногти на пальцах цветка лотоса выглядели так, словно индианка не постесняется пустить их в дело.
Ангельский рассеянно кивнул головой в ответ на предложение "дружественного обмена". Он рассматривал Базиля, гадая, что заставило французов выдвинуть кандидатуру Лебрюна при явном наличии более сильных претендентов. В утреннем разговоре Лула вскользь заметила, что Францию, скорее всего, представит опытный путешественник Батист Дюлар, отодвинув на три месяца свою одиссею по республике Коми. Потом назвала другое имя. Тогда Ангельский пропустил слова шефини мимо ушей. Очень зря, как оказалось.
Что он знал об этом парне? Да ничего; равно как и о цветке лотоса, чей яростный огонь в глазах вполне способен поднять температуру в прохладном помещении на градус-другой. Однако эмоции Падмы его никак не тронули: Рауль с благодарностью принял сигарету. Пепельницы в обозримом пространстве не наблюдалось, потому Руссо пододвинул к себе маленькое кофейное блюдечко.
Лебрюн завозился под своими одеялами, сурово засопел и молча отвернулся. "В гробу я вас всех видел", — говорил его взгляд.
Горьковатый дым наполнил лёгкие, и Ангельский прикрыл глаза, переживая мгновение замершего времени и полной гармонии с Вселенной. Но прошла секунда, и наваждение рассеялось. Насколько помнил Рауль, трубку мира приличествует чинно раскурить и неспешно передавать по кругу.
— Он настолько же мой, насколько и твой. — Ангельский вернул раскуренную сигарету собеседнику. — Я его не знаю.
Помолчал немного, обдумывая вероятное соглашение. Одним врагом меньше хотя бы на начальном этапе гонки — это неплохо, но и особенной погоды не сделает. Никто не гарантирует, что Матей не обманет временное доверие Руссо. Но Рауль, определённо, ничего не потеряет.
— Дай докурить.
Взял паузу, приминая сухими губами фильтр вкусной, будто последней, сигареты. Завибрировавший телефон оповестил, что Ангельскому прислали сообщение. Бестактно закрыв от Иона экран, Рауль просмотрел его и присвистнул. Список. В последний момент Лула скинула ему список заявленных участников. Семь фамилий и пять псевдонимов, один из которых — Ангельский, — называл его самого, а второе — Кузнец, — славянина. Из Румынии, как выяснилось. Рауль всё это время наивно полагал, что из России, но нет... От русских пригласили Руслана Одинцова, по странному стечению обстоятельств обозначенного как мага III уровня. Не меньше вопросов вызывала ставленница Ватикана.
— Инструкции — это хорошо. Это успокаивает... Взгляни. — Рауль показал фото списка румыну. — Что касается сделки... по рукам.
Словно в насмешку маленькая погодная станция с монохромным экраном, забытая на подоконнике, показала, что температура упала на градус. Погода портилась. Меньше всего на свете Ангельскому хотелось покидать деревеньку с труднопроизносимым названием Иллоккортоормиут.

Ион

Они заключили договор при свидетелях. Смешные, конечно, бесполезные свидетели, не понимающие языка. Да и кому потом доказывать, что не баран, если выживешь? Ион мельком просмотрел список, что показал ему американец. Ничего не изменилось с момента их посадки в самолет в Бухаресте. Румын не был знаком с участниками, что, на самом деле и усложняло и облегчало задачу одновременно. Куда проще мочить в ледяной воде того, с кем не имел ранее никаких сношений, но и навыки врагов хотелось бы знать заранее, прежде, чем они их применят. Ион сделал несколько затяжек и вернул сигарету новообретенному союзнику. Мог ли его предать амерканец? Да легко! Впрочем, как Ион. Цель - превыше всего, но он точно постарается продлить их союз по максимуму, иначе какой в нем смысл?
После аромата табака даже паршивый кофе казался на порядок вкуснее, у Кузнеца отогрелись руки, иней уже давно сошел с усов. Если не смотреть в окно, то можно было на секунду забыть о том, что они в ледяной жопе мира.
Иные встрепенулись все разом. Их призывали... В голове Кузнеца подозрительно ласково шепнул шеф, каким образом получили весть остальные - не известно. Важно было лишь то, что сейчас придется выйти за порог, в ледяную стужу...
- Не нужно нашим боссам знать о союзе, - Ион нехотя поднялся со стула, вздохнул, как перед казнью, - и никому не нужно знать. Значит первыми мы должны устранить наших молчаливых друзей, - и снова негр никак не отреагировал на слова о нем.
- На самом выходе сотвори щит, я буду держаться поближе к тебе. И начнем охоту!
Их ждали на большом снежном поле на самом краю деревни. Над магами был растянут невидимый простому взгляду купол, под ним не гудел ветер, почти не щипал мороз. Терпимо. Кузнецу вернули его снарягу. Это был увесистый рюкзак, набитый самым необходимым для выживания в ледяной пустыне. Это его друг, товарищ и самая ненавистная вещь на ближайшие несколько дней. Ион оглядел собравшихся: многие участники выделялись добротной экипировкой. Особенно отличался русский. Складывалось ощущение, что он в этих льдах, засранец, родился. И взгляд у него был наглый, самоуверенный. Хотя не у него одного. Сам Ион привык транслировать уверенность, да и швед, белобрысый, бородатый, как настоящий викинг, смотрел на конкурентов с нескрываемым презрением. Датчанка - широкоплечая мамзель, с сочными розовыми губами и крупным подбородком, смотрелась рядом с ним как жена или верная боевая подруга. Они перекинулись парой фраз... Вероятно, тоже состояли в союзе и имели уже четкий план действий. Ион глянул на американца. Выглядел его союзник, мягко сказать, не самым крутым бойцом. Но в деле магии - внешность обманчива.
Речь вел Инквизитор, как нейтральная сторона. Он зачитал вновь все правила: нельзя использовать перемещающую магию, за исключением усиления прыжка или короткой левитации (будто кто-то из третьего уровня мог такое сотворить?), нельзя использовать артефакты и помощь из вне. Гонка заканчивается тогда, когда кто-то коснется артефакта. Наблюдение будет вестись через Сумрак и постоянно.
Пока не применяешь магию - ты невидимка. Это еще одна причина не швыряться заклинаниями налево и направо. Имея хорошую физическую подготовку можно было долго не использовать силы Сумрака, а значит, не следить и стать в своем роде невидимым для соперников.
Мыслей Иона коснулся шеф. Он отвесил дебильную шуточку о светлых, пожелал удачи. После произошло неожиданное.
Кузнец искренне считал, что по завершению инструктажа, все участники галопом рванут в рассыпную, поливая друг друга несмертельным, но и не щадящим огнем, но видать, конклав решил не устраивать детский сад. Их расшвыряли мощными заклинаниями, отправив, как котят, в разные стороны на одинаковое расстояние друг от друга. Ион приземлился аккурат на свой тяжеленный рюкзак. Мир в глазах еще вертелся, как сумасшедший, снег забился в рот и в уши. Он встал, закрыл лицо теплой маской, поднял воротник и натянул капюшон. Этот скафандр и впрямь спасал от обморожения! После он огляделся - где-то далеко внизу, в снежной пелене едва просматривались яркие пятна цветных крыш. Под ногами был снег, но наст плотный. Вокруг - никого... И как он найдет Руссо? Лазить по чужим головам, как это делает шеф, Ион отродясь не умел. Да и не по его силенкам такие выверты. Румын огляделся вновь, нашел небольшой нанос, за которым можно было укрыться от ветра и поспешил туда. Он достал телефон. Да, сеть еще была. Ион врубил свой телефон на раздачу инета и обозвал сеть своим номером. Если американец догадается... Если догадается. Придется посидеть тут и подождать. Связь могла пропасть в любой момент, а идти вслепую сейчас было бы опасно: велик шанс вляпаться в засаду на самых первых парах.

Рауль

Французы в большинстве своём прекрасно понимают английский, просто не хотят на нём разговаривать. Так что пока они трепались с румыном, Руссо время от времени поглядывал на Базиля. Уверенность в том, что негр не более чем играет на публику, росла. Ушлый сукин сын.
На этой "радостной" ноте в висок Ангельского словно шило вогнали. Лула призывала подчинённого, делая это со свойственной ей неделикатностью. Рауль подозревал, что по-другому она попросту не умеет. Ладонь против воли взлетела к виску, и Руссо скривился, как от зубной боли. С-с-сука.
— Не узнают, — пообещал Рауль, массируя висок.
"Это сейчас пройдёт, это сейчас пройдёт".
Он чувствовал себя каким-то героем лондоновских рассказов. Тех самых, в которых через абзац предательство, алчность и смерть от низких температур. Ребёнком от зачитывал сборники писателя до дыр, и вот, написанное вполне могло стать для него пророческим. Наверное, лучше было отсидеть... Или нет?
"Без тебя разберусь", — беззлобно огрызнулся Рауль. Но совету всё-таки последовал, любовно выплетая для себя простую, но добротную сферу отрицания. Он предпочёл сделать это сильно заранее, потому что подозревал, что после приветственного слова Инквизиции времени ни на что не останется. Надвинул шапку на башку, замотался в шарф и вышел, больше не говоря ни слова.
Русский, швед, датчанка — представители национальностей, в родных странах которых холода и снег — частое явление. Пресловутые нейтральные наблюдатели, скорее всего, организовали тотализатор, поставив на троицу северян баснословные в сумме бабки. Соединённые Штаты, которые обычно впереди планеты всей, на этот раз, вероятно, упали во вторую треть. Мало кому известный шизик и наркоман вряд ли выглядит победителем, да Ангельского это и не парило.
Оказавшись на защищённой от погоды и низких температур площадке, Рауль снова достал телефон и свайпнул по экрану. Тринадцатая фамилия в списке не значилась. Видимо, в спешке Лула забыла вписать её или неудачно сфотографировала вырванную из блокнота страницу... Хансль Вайнер, Франкфурт-на-Майне, Германия.
Ангельский неприязненно сплюнул под ноги. Сунул руки в карманы. Обкусанные губы кровили, из-за чего к ним неприятно лип фильтр очередной сигареты.
Условия зачитали на нескольких языках.
— Да победит сильнейший! — провозгласил Инквизитор.
Руссо потянулся за огнём. Пока мурло инквизиторское договорит, он успеет покурить. Расово верная бензиновая Zippo приятно согревала руки. Ангельский чиркнул кремнем, занялось пламя, а спустя долю секунды Рауль повалился мордой в снег.
Из лёгких вышибло воздух. Руссо показалось, что у него не осталось ни единого целого ребра. Маг со стоном перевернулся на спину, хватая воздух, подобно выброшенной на берег рыбе.
"Ну ни хуя себе покурил... Так, стоп. Телефон".
Ангельский провёл ладонью по лицу, избавляясь от подтаявшего снега. Из-за лютого мороза всё это великолепие грозило примёрзнуть. Ресницы и брови превратились ледяные стрелки.
Кисти одеревенели так быстро, что Рауль с трудом справился с банальной задачей достать трубку и удостовериться, что та цела. Отсюда виднелись цветные домики поселения, значит, связь пока есть... так, а это что за нахуй? Фри вай-фай? С номером?
Ну ладно, лови пользователя Angelsky. Руссо сунул телефон в тепло и нацепил рукавицы. Нахлобучил маску, плотнее надвинул капюшон и почувствовал себя намного лучше.
Как теперь искать румына? Что, вот так с ходу применить поисковую магию? Дорого по энергозатратам. Да и палево. Громче будет разве что транспарантом со своим именем помахать. Рауль опять в замешательстве потянул в руки телефон. Соединение с неизвестной сетью прервалось, но из доступных она не пропала. Плюс сорок. Плюс сорок — это хорошо, но не сегодня, и это... так это Румыния, ёпта!
"За роуминг наверняка спишут баксов двадцать сразу, а у меня рента не выплачена", — вздохнул Ангельский. Пошёл дозвон.
Маги привыкли слишком много ставить на магию и мало — на то, чем пользовалось — и небезуспешно! — человечество... Русский наверняка приволок с собой гаубицу!

Отредактировано Ион (2018-04-30 02:22:13)

0

3

Ион

Ветер кусал за руки, пришлось на время убрать телефон в передник карман куртки, с длинным клапаном, не допускающим попадания снега внутрь. Ион скукожился, как мог, не от того, что замерз, а в целях безопасности. Яркие цвета его крутки были заметны даже в начинающейся метели. Впрочем, как и любой другой цвет, отличный от белого. Вызов Ион услышал и почувствовал не сразу, плотная ткань куртки глушила все: и вибрацию и звук. Когда он достал телефон тот молчал, но на экране виднелся неизвестный номер.
"Ну, будем надеяться, что это Руссо", - румын ткнул "перезвонить" и приставил ледяную тушку, стремительно теряющую заряд батареи, к уху.
- Хеллоуууу, любитель "лаки страйка", - это, чтобы американец был уверен - звонок идет от его знакомого, а не от кого-то другого. Так себе шифр, но другой они не успели придумать, да и не пытались.
- Давай быстро. Я остался на том же месте, куда нас швырнули эти твари, - сейчас только до Иона дошло, что пока он находится тут, ему гарантирована тишина в мозгах. Шефу строго настрого запрещено связываться с подчиненным, а участники еще уровнем маловаты, чтобы общаться таким образом.
- Опиши, что видишь, - Ион приподнялся, демаскируя себя, но вокруг по прежнему не было ни души. Похоже, раскидали их на приличные расстояния. Конечно, пути многих пересекутся и не по чистой случайности. Отчего-то Ион был уверен, что северяне будут выслеживать соперников и убирать их, а только потом займутся поисками, не опасаясь удара в спину. И вот до этого момента лучше бы иметь своего нелепого союзника под рукой. Какой-никакой, а плюс.
Кузнец выудил из бокового кармана бинокль, приложил его к глазам и посмотрел на деревеньку, примерно прикидывая, что можно выдать за ориентир. Он родился и рос в то время, когда о GPS навигаторах даже не мечтали, умел рассчитывать расстояния и направления без помощи точных приборов.
- Я вроде вижу взлетную полосу, с нее сейчас стартанул частник. Он взлетает четко в противоположную сторону от меня.
Нормальный самолет точно не поднялся бы в такую погоду. Но маг, что летел внутри, окружил свое летательное средство защитным заклинанием. Сука, блядливая... Ему-то сейчас хорошо, тепло, вкусно и безопасно. Чей это шеф было несложно догадаться, даже сквозь бушующую снежную стихию можно был заметить вертикальное движение небольшого самолета, выкрашенного в красно-зелено-белый триколор. Удача для Иона и его соратника, что на старте был не бледно-стальной частник шведов или французов.
- Я на обрыве, внизу деревня, примерно в полутора километрах по прямой. И я постепенно теряю ее из вида, буран усиливается. Давай-ка спешить. Я не буду двигаться в течение часа, но батарея столько не проживет. Если за это время ты не явишься - придется идти в одиночку. И как мотивация - у меня есть фляжечка, содержимое которой тебе компенсирует беготню по снегу. Если есть иные идеи - буду рад услышать.
У Иона было хоть какое-то укрытие за спиной. Ветер срывал с наноса снежные хлопья, но дул больше по верху. Если сесть - и прикрыть с подветренной стороны себя рюкзаком, то можно было даже поспать. Но Ион не устал до такой степени, чтобы дрыхнуть посреди ледяной пустыни, окруженный холодом и жаждущими его проигрыша конкурентами.
Ион повернулся, разглядывая в бинокль снежный шторм справа от себя и там заметил движение. Точнее - вспышку. Кто-то уже столкнулся с неприятелем или пытается дать знать союзнику, о своем местоположении. И вряд ли это американец, мозги вроде у него на месте.
- Аааангельский, тут справа от меня веселье. Если ты с той стороны топать собрался, то план придется поменять...

Рауль

До чего быстро руки замерзают... это какой-то совершенно беспросветный пиздец. Беззащитно тёплая трубка быстро становилась прохладной, а потом и бессовестно холодной. Мороз ел батарею со скоростью света. Ангельский, конечно, взял с собой внешний аккумулятор максимально доступной в магазинах ёмкости, но понимал, что злоупотреблять этим нельзя. Остаться совсем без связи ой как не хотелось.
Дозвон шёл, чёртов глухой румын не брал трубку. Второй вариант — Руссо ошибся, и халявная точка доступа с номером одного из мобильных операторов Румынии — это не хитровыебанный способ восстановить связь с временным напарником. Ангельский тапнул "отбой".
Провёл языком по зубам, удостоверившись, что после обидного приземления мордой в снег выплёвывать их пока рано; и наконец зазвонил телефон. Methods of Mayhem. Отличный рингтон.
Что он видит? Богомерзкую дыру с непроизносимым названием, три холмика в форме грядущей смерти от мороза и Деву Марию, ёпта!
— Эта сраная деревня... видимость — метров девятьсот. Позади заснеженные сопки. Частник? Понял. Да, есть такое дело.
Выслушал дальнейшие указания, тихо зверея, что Матей командует, но когда речь зашла о компенсации, немедленно выдал в трубку:
— Не смей бухать без меня! — и дал конец связи.
Рюкзак показался Руссо неподъёмным, и это-то при том, что он взял с собой только самое необходимое, чтобы не сдохнуть в ледяной пустыне. В комплект к айфону шёл спутниковый телефон, и яблочный смартфон, наверное, допустимо и оставить... но в айфоне находились полезности, вроде дополнительного компаса, переводчика, погодной станции и всего такого. Перед гонкой Рауль планировал отдать его Луле, но не срослось, потому что господа из Инквизиции, бляди неумные, разъединили оппонентов на этапе старта.
"Ты забыл складную табуретку", — ехидно проговорил противный скрипучий голос в голове.
Руссо замер и обернулся по сторонам: кто здесь? Однако никого закономерно не нашлось. В студёном белом безмолвии Ангельский слышал, как завывает в холмах чудовищно ледяной ветер и гулко бухает в груди собственное горячее сердце.
— Нахуя мне складная табуретка? — выкрикнул в пустоту Рауль.
"В снег сядешь — яйца отморозишь. Детей не будет", — мерзко хихикнул голос.
Что за лысый чёрт ведёт тут с ним беседы? По всему выходило, что баба, потому что вредная, как последняя сука, и заботится о выблядках.
— Не очень-то и хотелось, — огрызнулся Ангельский. — Съебись.
Обычно это не работало от слова совсем, но в этот раз почему-то помогло. Руссо помотал башкой, приводя мысли в порядок. Огляделся, снова прикидывая, правильно ли наметил маршрут, и бодрячком почесал к Кузнецу.
Горячительное, кстати, имелось и у Ангельского, но природная скупость не позволяла выглотать пойло, пока хоть что-нибудь градусное у других не закончилось в обозримом пространстве.
Раулю повезло: он находился слева от Иона, а веселуха у того наметилась справа. Оставалось надеяться, что Ангельский не наткнётся на кого-то третьего и что пока он топает, матеря всех и вся на двух родных языках и одном плохо выученном, румын не околеет от холода. Шутка.
Руссо вынырнул из-за холма, едва не столкнувшись с Ионом нос к носу. Так внезапно, что не успел испытать по этому поводу ровно никаких эмоций. Моргнул белыми от инея ресницами и глупо заулыбался, хотя под маской, украшенной нашивкой с американским флагом, этого не было видно.
— Гони бухлишко, и по-моему, пора валить. Такое ощущение, что у меня на хвосте групповуха. Правда, я не разобрал из кого.

Ион

Через несколько минут после звонка американцу, возня справа утихла. В воздухе сперва пронесся пронзительный вой, такой, что кровь стыла в жилах, а после наступила тишина, оглушительная, звенящая. Звуки метели вернулись в мир постепенно нарастая... Иона припекало сунуть нос в Сумрак и просмотреть, что же там происходит, справа... Но не рискнул.  Поставить сигналки  на первом слое Сумрака мог любой дурак третьего уровня. И пусть Кузнец не слыл богом стратегии, мозгов не афишировать свое близкое присутствие из банального любопытства ему хватило.
Как их раскидывали, по какому принципу - сколько не гадал Ион, так и не смог понять. Благо, фартовый в целом румын, и в этот раз оказался не забыт богиней удачи. Его напарник мало того, что шел с другой стороны, не задетой пока всполохами магии, но еще и был ближайшим соседом, что исключало его встречу с другим участником. Он вышел на румыне внезапно, чуть не сорвав с рук того мощное заклинание воздушной удавки. Благо, яркие вышивки "США" сразу охладили пыл Иона.
- Хреново я выбрал укрытие..., - пробормотал он вместо приветствия. Он кинул флягу с прорезиненным горлышком заснеженному американцу, а сам поднялся и накинул на спину тяжеленный рюкзак. Бинокль остался висеть на шее под курткой. Пригодится.
- Можно попробовать сунуться влево, посмотреть, что случилось и пойти по следам тех, кто выжил. Но не исключено, что там ловушка.
Информация, что за Ангельским может быть погоня, заставила резвее размышлять.
- А можем устроить засаду... Оружие есть?
Ион хотел максимально долго не прибегать к магии, но огнестрел ему не разрешил брать шеф. По каким соображениям - оставалось загадкой. Зато добротный, хорошо сбалансированный нож покоился под самым верхним клапаном. Иону достаточно было поднять руку, нащупать рукоять и оп! он вооружен. Только куда с ножом против файербола?
Он забрал флягу с водкой из жадных лапищ американца, сам сделал совсем маленький глоток, просто для того, чтобы почувствовать, как обжигает нутро огненная вода.
- Если идут северяне, то нам конец. Этих ублюдков лучше мочить сначала, они в снегах - как на курорте. Но с другой стороны, может кто их успеет потрепать до нас. Пока они трахают меня больше всего, - хмуро заметил Ион, опуская маску и укутываясь вновь. Бесполезный теперь телефон от отрубил совсем, убрал в карман куртки. Румын все же предпочел бы двинуть левее, но ждал ответа союзника. Кто знает, может за внешностью потрепанного жизнью гопника скрывается военный гений? Пока можно было использовать знания и навыки американца по полной.

Рауль

Ангельский опасливо нюхнул флягу, но в ней совершенно определённо приветливо плескалось что-то алкогольное. Рауль глотнул наугад, глотку опалило жидким огнём, продрало, будто напильник проглотил, и раскрылось внутри дьявольским цветком. Рашн водка. Не самый популярный в Штатах напиток, востребованный в основном в этнических районах американских городов. Ангельский предпочитал самбуку. Или вискарь. Или конину. Впрочем, пил, что наливают, и не выёбывался. У него обыкновенно недоставало денег на выплату арендной платы за убитую квартирку на юге Бед-Стай и топливо для раздолбанного форда. Тут не до понтов. Вообще с социализацией дела обстояли провально.
Водочка — это хорошо-о-о, заходи, водочка.
Ангельский облизнулся. Заеды на губах саднило от мороза и спирта, но то было исключительно приятное чувство.
— Ледоруб, — ласково-ласково, словно о чём-то добром и замечательном, проговорил Рауль, поблёскивая недобрым ледком в глазах цвета крыжовника.
Неохотно уступил собеседнику флягу с горячительным и потянулся к петле, которая закрепляла на его рюкзаке поименованный инструмент. Ледоруб — это такая полезная и культовая штуковина, которой в своё время замочили рашкинского революционера Троцкого и бог весть знает сколько менее знаменитого народа. Кроме того, в суровых северных условиях ледоруб просто незаменим.
Ангельский вернул на место маску.
— Тут пятьдесят на пятьдесят. Или северяне или кениец с негром. — Руссо перехватил ледоруб покрепче.
Честное слово, не его это — ледорубом размахивать. При прочих равных условиях Рауль предпочёл бы уклониться от схватки, уходя через Сумрак, но понимал, что потом черпать силы будет попросту неоткуда.
— Те, что шли за мной, явно не рассчитывают, что я один рискну попереть на них в одиночку. Так что есть вариант застать врасплох. Те, что были у тебя справа, скорее всего, знают, что ты здесь и некоторое время не двигался, надеясь разминуться с ними. В душе не ебу, кто у меня на хвосте, но голосую за то, что атаковать их здесь и сейчас. — Маг махнул рукой. — Равнозначно хуёвые варианты. Брось монетку. Мне плевать.
В воздухе ощущалось напряжение, словно опасность приближалась, но Ангельский никак не мог сообразить откуда. Такое обычно бывало, когда неприятности замыкали вокруг него круг. В последний раз так его и взяли. Прямо с вещественными доказательствами. Вмешательство Лулы выровняло ситуацию, но он до сих пор "под подпиской о невыезде"... О невыезде! Подписка! Ха! Миллион раз ха! Тогда это, вероятно, его очень злобный брат-близнец.
— Рискнём уйти по Сумраку? Сейчас никто не хочет туда соваться, понимая, что наткнувшись на кого-то внутри, огребёт немедленно. Есть вероятность, что никто в него пока не лез. Заодно и сигналки установим. Палево, конечно, но тут или так или Одинцов.
Потянулся за флягой. Из-за адреналинового прихода Ангельского начисто не брал алкоголь, но чувство колючего тепла, возникающего в глотке и плавно стекающего в нутро, — бесценно.

Ион

Американец прикидывал разные варианты, скажем откровенно, не слишком отличающиеся от тех, что роились в голове Иона. А вот честно, ну какие еще могли быть разгадки у этой задачки?
- Можно сунуться в Сумрак и пробить заклинанием, кто к нам в гости топает... Да, мы дадим о себе знать, прямо точку на карте на рисуем, да... Зато точно сможем понять - драпать или рыпаться.
Кузнецу до черта надоело тут стоять. Тем более, что с каждой минутой все сильнее становилось желание бросить нафиг это веселье, сойти с дистанции подставив бок под какое-нибудь неприятное, но не смертельное заклинание, и через час уже греть ноги у камина и пить горячий глинтвейн или ром со специями.
- Мне тут подумалось. Вряд ли кто мониторит второй слой. И да, мы потратим добуя сил, но сможем зайти с тылу... Предложение такое: пускаем сигналку в воздух, - и Иона была только одна ракета в ракетнице, на случай жопы. Но разве сейчас не она самая?
- И через некоторое время ныряем на второй слой. Если и справа и слева засада, то они просто перебьют друг друга. А мы допинаем выживших до обрыва. Это всяко меньше сил и риска, чем прямая схватка. Если слева все ок, то тупо зайдем с тыла нашим незнакомцам.
Ледоруб в руках американца не внушал доверия. Точнее, это американец не выглядел, как человек, хоть сколько-нибудь умеющий с ним обращаться. Иону стало даже любопытно, а какого годы выпуска этот мальчишка? Может он родился уже в эпоху смартов и беспосадочных трансатлантических перелетов?
Взгляд Иона скользил по округе. Они и впрямь были всего в паре десятков метров от обрыва, высокого и опасного, с большим слоем наметенного снега, под которым уже не было опоры. Ах, если бы можно было туда загнать конкурента...
- Есть еще идея. Она может отвлечь внимание от нас и, может даже, убрать одного противника.
Ион сдернул металлическую пряжечку с воротника своей куртки. Это был специальный сплав, заказанный шефом, способный хранить влитую в него магию, почти не накаляющийся на морозе. Во сколько обошлась инкрустация этим металлом доброй половины куртки Ион и думать не желал.
Время ускользало сквозь пальцы и, поскольку, Руссо не выдал никаких толковых идей, Ион решил действовать по своему нелепому, а может потому и имеющему шанс на успех, плану.
Он набормотал короткое заклинание на пряжку, влив в нее немного своей силы. Достаточно, чтобы без дополнительной калибровки принять пряжку в  Сумраке за какой-то артефакт. Это проносить в зону поиска такие вещи был нельзя. Но кто сказал, что правила не обошли? И кто-то не раскидался плюшками заранее? Или не создал уже в процессе, чтобы облегчить себе путь? Матей аккуратно левитировал приманку на самый край снежной шапки. Пряжка, конечно же, ушла в сугроб, но недостаточно глубоко, чтобы провалиться сквозь него. Если за ними следили сквозь Сумрак, то действия Иона не остались незамеченными.
- Пора прятаться, Руссо, - он схватил союзника за руку, все еще сжимающую флягу с водкой, и шагнул в Сумрак, причем почти сразу же, не задерживаясь, ломанул во второй слой.
Тут было куда холоднее, чем снаружи. И теплая экипировка не грела, стала совершенно бесполезной. Все цвета потерялись, свет померк почти полностью, но очертания снегов оставались и на этом слое. Ион отошел от того места, где они стояли, ближе к обрыву, но так, чтобы идущий от их следов к приманке не столкнулся с ним. Здесь время текло иначе, оно было медленным, резиновым, но двигался Ион относительно нормально. И думал только об одном: лишь бы все это было не зря. И еще о том, что в спешке, сбитый новой идеей, он напрочь забыл пустить сигнальную ракету...

Рауль

Ледоруб приятно оттягивал ладонь вниз. Ангельский с удовольствием пристроил бы его к чьей-нибудь черепушке, но в обозримом пространстве наблюдалась всего одна свободная, да и та — его временного союзника. Кровь пахнет сказочно прекрасно. Пахнет, выглядит. На вкус — что та соль, металл с солью. Это кровь Руссо чувствовал на полопавшихся сухих губах; а лучше бы, чтобы на ледорубе.
План Матея — форменное идиотство, но другого нет и не предвиделось, так что Рауль молча проследил за тем, что тот делает. Пока Ион колдовал над металлом, оправдывая своё прозвище, Ангельский бестрепетно извлёк из рюкзака сигнальный пистолет, предназначенный для случая безвылазного пиздеца. Ледоруб пришлось убрать, хотя Руссо до сих пор преследовала маниакальная готовность немедленно пустить его в дело. Вторую руку занимала драгоценная фляга, что несколько примирило мага с унылой действительностью. Ангельский вновь глотнул огненной воды, оглушительно горячей в лютом холоде обозлённой погоды.
— Хорошо бы...
Не договорил, что хорошо, потому что румын вцепился ему в руку, и Руссо едва не выронил пойло в снег. Плеснуло студёной кисельной густотой куда-то прямо за шиворот, в беззащитное телесное тепло, и маги нырнули в Сумрак.
Ангельский повторил манёвр рефлекторно. Он делал так не раз и не два, привыкший скрывать в Сумраке свои преступления от обыкновенной человеческой полиции, но лафа закончилась, когда и маги объявили на него охоту. Ублюдки! Подумаешь, задушил пару девок...
Руссо сглотнул. Казалось, кровь течёт у него по подбородку. Или пенистая слюна, словно у бешеного пса. Рауль вытер губы рукавом. Поднял глаза. В небе, затянутом одутловатыми пухлыми облаками, покоилась луна цвета грязного янтаря. Две другие слепо смотрели в вату. Туман пронизывал этот слой белёсыми нитями, сплетёнными в пелену. От мертвенного холода у Ангельского закололо в лёгких.
Это чувство — соплей по всему подбородку, — пришло не из ниоткуда. У Руссо обыкновенно шла кровь носом при скачкообразных нагрузках, но на этот раз повезло.
В руке он стискивал как родную бесполезную теперь ракетницу. Подобно румыну маг не успел выпустить ракету, слишком быстро его сцапали и буквально втащили в Сумрак. Нецензурщина крутилась на языке. Ангельский приберёг ругань и несколько рассеянно глянул на спутника. Сумрак подъел краску, и светло-голубые глаза Руссо сделались совершенно рыбьими.
Давление мешало дышать и в целом делало пребывание в слое очень некомфортным. Рюкзак тянуло к земле, словно Ангельский тащил на себе по меньшей мере тонну. Одно радовало, пусть и чисто психологически: приятно возросла масса чудо-сосуда, в котором сладко плескалась единственно горячая субстанция.
— Не ищем лёгких путей, — неразборчиво пробормотал Рауль. — "Венец Всего здесь скрыт. Всего лишь шаг остался"...
Перемудрили, совершенно определённо и бесповоротно. Ледоруб теперь не выглядел настолько безрассудной идеей. По крайней мере, его использование подразумевало хоть какой-нибудь результат, кроме впустую потраченной силы. Замедленные движения делали невозможным спринт через Сумрак. Оставалось уповать на удачу. Или... у славянина снова вырисовался какой-никакой план? Ангельского от всей этой херни тянуло покурить и к костру. Впрочем, и не от херни... не меньше!
Руссо убрал сигнальный пистолет. В этот момент он был близок к идее заночевать в деревне, чтобы пуститься на поиски утром, когда соперники рванут вперёд, навстречу смерти от гипотермии, избавив мага от своей такой лишней, неуместной близости.

Ион

На этом слое Сумрака даже дышалось тяжело. Но что Матей, что его соратник еще не достигли своего предела. Вот следующая ступень для них почти смертельна и вступать в нее нужно только в случае жизненно важной необходимости. И Матей туда не стремился. Силы покидали его постепенно, а восстановить их будет негде.
Он вернулся к Руссо, увлек его за искаженный иной реальностью сугроб и принялся считать про себя. Три.. четыре... пять... На десятом счете на первом слое сумрака мелькнула тень, но двигалась она медленней, чем те, кто спрятался на втором. Ион огляделся - тень была не одна и пришла со стороны Руссо. Что ж, кому то из союзников повезло так же оказаться рядом, не разделенными другими участниками.
- Где там твой ледоруб? На тебе второй. Он вообще, похоже, не в сумраке.
Силуэт Иного, двигающегося на первом слое при приближении оказался женским. Но был высок, широкоплеч. Ион даже не стал доставать нож. Он точно знал, где заканчивается граница нормального грунта и где начинается снежный намет, обманкой свисающий с высоченной скалы. Девица нагнулась, ее аура вспыхнула при соприкосновении с предметом, она видела лишь приманку, считывала с нее информацию на аккуратном расстоянии. На ней висело заклинание, видать магический щит. Той же аурой веяло от ее напарника. Что ж, придется немного помочь осторожной бабе стать снежной бабой. Ион смело вывалился из второго слоя и, сграбастав за плечи не ожидавшую нападения со спины датчанку, а это была именно она, швырнул ее вперед. Благо, физически он был сильнее. Вот Руссо мог и не совладать с северной медведицей.
Датчанка даже развернуться не успела, слишком внезапно, быстро ушла земля из-под ног, и ее увлекла вниз неверная снежная лавина. Она была на первом слое сумрака, падение не убъет Иного, но точно вышибет хотя бы на время. Хотя, если девица шлепнется неудачно и свернет себе шею, Ион не будет терзать себя муками совести. Совестливых в эту гонку не пустили.
Сердце еще колотилось бешено, как и всегда в мгновения острой опасности. Ион развернулся к месту, где должен был уже оказаться его напарник. И вышел из сумрака, дабы отвлечь союзника датчанки на себя, давая фору Руссо. Если тот, конечно, не решит заодно расквитаться и с Кузнецом. Прям сразу - минус три соперника! Мечта ж!
Реальность резанула яркими красками, зверски болючим солнечным светом, бьющим в глаза и сверху и снизу, отражаясь от снега.
И да, конечно, же, русский уже несся к нему, точнее, к месту где только что стояла его напарница. Да, они оба были в магических щитах, явно не ожидая разборки банальными кулаками. Наивные северяне. И ой-ой... Русский на бегу поднимал пистолет, намерения его были ясны любому дураку. А Ион стоял пред ним весь такой большой, нелепо моргающий на яркий свет, и понимающий, что даже отступать ему некуда. Вся надежда была на Руссо.

Рауль

Голоса в его голове вкрадчиво нашёптывали о чем-то совершенно невероятном, но таковым не выглядевшим. Ангельский нет-нет — да слушал то одно, то другое, то пятое-десятое, из-за чего медлил. Но Сумрак и без того съедал скорость, поэтому некритично. Критично, что весь этот белый шум в его бедовой башке сильно отвлекает. Критично, что это снова началось, несмотря на принимаемые по схеме медикаменты. Рауль постепенно сходил с ума. Совсем недавно миновал приступ сокрушительной депрессии, когда тянуло шагнуть в окно или пустить себе пулю в висок. Смерть от передоза казалась необыкновенно прекрасной и недосягаемой: Ангельский с трудом сводил концы с концами, а наркоту на шару не достанешь.
Руссо снова помотал головой. Голоса от этого высыпались и зазвучали вокруг, а следом заткнулись, будто кто выключил радиоприёмник.
— На месте. — Рауль любовно погладил рукоять ледоруба.
Вытянул его из петли. Перехватил удобно, готовясь пустить в дело. Плевал он с высокой колокольни на правила, продиктованные организаторами. Победителей не судят, а кроме того, он этот, как его? Американец. Им многое прощалось. Иран, Ирак, Юкрэйн и далее по списку. Так что магом больше, магом меньше... В конце концов, там знали, кого отправляют и куда. Чем медленная гибель от холода лучше насильственной смерти? То-то и оно.
События развивались стремительно. Ион накинулся на датчанку, оставив её спутника на закуску Ангельскому.
Ледоруб оттягивал руку к земле. Казалось, маг идёт очень-очень плавно, прямо-таки неторопливо. С небес тоскливо пялилась нечищеная янтарная луна. Руссо досчитал до десяти, после чего шагнул в первый слой. Размытый силуэт не давал точного представления о том, кто перед ним, и Рауль вынырнул из Сумрака наудачу.
Он материализовался недалеко от... от русского. Маг легко опознал во враге, вскинувшем руку с пистолетом, русского льва Одинцова. Именно что "льва", потому что Руслан означает "лев". Он и повадками напоминал этого хищника.
Признаться, был, бы-ы-ыл соблазн вначале услышать выстрел, а потом хруст проламываемого черепа. Но румын пригодится. Пока. Без союзника Руссо недолго протянет, это совершенно точно. Не потому что много врагов-людей, а потому что чудовищный холод.
Ангельский размахнулся — ледоруб красиво блеснул в солнечных лучах, — и ударил Одинцова по голове. Точнее, целился-то маг по голове, а угодил в шею, слабо защищённую воротником и шарфом. Зазубренный клюв ледоруба с глухим хрустом раздробил позвонок, и противник рухнул на снег, роняя пушку. Брызнула кровь...
Голоса в голове разошлись не на шутку. Дьявольский хохот заглушал всё на свете. Очнулся Рауль от того, что молотит ледорубом по кровавому месиву, в которое он — он? — превратил лицо русского. Блять. Сука-а-а...
Сколько крови... Ангельский оттёр её с губ и щёк, дыша загнанной ездовой псиной. Бока ходуном ходили. Руки тряслись. Ярко алая мешанина с вкраплениями белого и чёрно-багровых сгустков едва не заставила расстаться с завтраком. Так и получилось бы, если бы голодное брюхо не опустело раньше. Руссо оторопело пялился на деяние рук своих — и не верил. Это не он.
Поднял глаза, рефлекторно облизнул по-прежнему наждачно сухие губы и вытер снегом инструмент.
— Пошли отсюда. Это надолго их отвлечёт, — хрипло бросил Ангельский, будто ничего не случилось.
Пределы допустимой обороны Рауль превысил. Пролетел со свистом. Но в конце концов, это аффект. Страх. Шизофрения. Как угодно. Они сознавали, кого сюда направили. Зато румын, определённо, узнал о нём кое-что новое и малоприятное.

Ион

Руссо выкинулся из Сумрака, сверкнув стальным орудием так внезапно, что даже ожидавший и моливший о его появлении Кузнец вздрогнул. Выстрел так и не прозвучал, а русский стал заваливаться на спину. Так нелепо, как сломанная игрушка, выпавшая из рук любопытного ребенка. Ион, не мигая, смотрел вперед, в бело-красное безумие, что разыгрывалось на его глазах. Ох не пролетел ли он, выбрав в спутники и союзники американца? Конечно, он знал, что отношения между двумя этими нациями, мягко говоря, натянутые, но чтобы настолько...
Оторопь прошла бесследно после пятого или шестого удара ледоруба в лицо бедолаги. Ион сорвался с места и почти влетел в американца, кладя ладонь на ощутимо дрожащее запястье.
- Ебнулся? Нет, я тебя спрашиваю, ты что творишь?
Ион прекрасно представлял, что будет с теми, кто нарушит правила. Русские не спустят такого... и на передозировку мельдония такие последствия явно не спишешь. И будет суд, долгий и серьезный. И скорее всего Иону придется топтаться там соучастником. Румын аж взвыл, представив радужную перспективу. И это в лучшем случае. А в худшем... Реальность могла оказаться куда более жестокой.
- Валим, - темный мотнул головой раз, два, словно пытаясь вытряхнуть из нее увиденное. Но облик развороченной плоти, такой яркой на фоне снега не отпускал. Ион с трудом отвернулся. Он видел и более страшные картины, он был на войне и не раз, но не все человеческое в нем исчезло под гнетом прожитых лет.
Чтобы скинуть шоковое состояние нужны были действия. Простые, не наполненные никаким особым смыслом и мыслями. Румын вернулся к месту их "пряток", накинул рюкзак на плечи, не проронил при этом ни единого слова или звука. Может, он поступал чертовски глупо, поворачиваясь спиной к Иному, который без всяких упреков совести размесил другого темного мага, да и еще, судя по чрезмерной агрессии, страдал каким-то расстройством. Но Ион не думал. Он имел такой прекрасный талант - не думать, когда надо. Это успокаивало. Вдох-выдох... Ледяные укусы ветра, бесконечная слепящая белизна пути, песня просторов с ритмом хрустящего под ногами наста. Прошло не меньше часа в тишине, прежде чем Ион остановился и повернулся к своему спутнику.
- И... спасибо, - паника прошла, вернулась способность адекватно воспринимать действительность. Все же американец спас его от неминуемой смерти. Это можно было использовать в качестве оправдания на суде, если они доживут до него.
- Ты его знал лично? - ненависть к умершему русскому могла бы многое объяснить, и румын цеплялся за это оправдание всеми фибрами своей темной души. Вот сейчас бы точно пригодилась добрая порция водки.
- Осталось что во фляге? И надо понять куда идти дальше...
Молнии правденого гнева инквизиции все еще не стремились поразить косячников. Им давали доиграть в смертельную игру? Или на то и был расчет? Темные всегда остаются темными, а Высшие темные - еще те твари. Сослали сюда самых неугодных своих сотрудников. Типа, принесет артефакт - закроем глаза на косяки, не принесет, сдохнет - и нет проблем и руки чисты.
Ион сплюнул и достал сигареты. Дрянной холод. Пока идешь еще ничего. Ноги даже горят в теплых унтах, но стоит остановиться и мороз сковывал своими ледяными объятьями, вгрызался в тело, стремясь поцеловать кости, скрытые добротными слоями ткани и мышцами.

Рауль

На, сделай пару тяг — стены полетят.©

Кровь быстро остывала на холоде, но поток не иссякал. Это сделал он, Рауль Руссо, подозреваемый в совершении и других преступлений там, в Штатах...
Ангельский отнял у спутника запястье. Недолюбливал, когда за них брали: слишком напоминает цепкую хватку копов.
Снова вытер губы рукавом. Чувство тёплой крови, забрызгавшей его с ног до головы, не покидало. Он словно весь в ней, целиком и полностью... и от этого ощущения мороз вдоль хребта перебирал тонкие нити страха. Ангельского колотило небеспричинно. Этого ему с рук не спустят, если в этих самых руках не будет пресловутых "Оков".
На ноги Рауль поднялся заметно с трудом. Зуб на зуб не попадал и уши пухли от желания затянуться. Однако он нашёл в себе силы подобрать огнестрел, выроненный Одинцовым.
Из-за экстремально низкой температуры падение в снег стволу ничем не повредило. Руссо отряхнул его и повертел в руках. Трофеем оказался девятимиллиметровый пистолет Макарова, незабвенная, легкоузнаваемая классика постсоветского пространства. Русский лев не успел выстрелить, поэтому к ПМ прилагался полный магазин.
"Полна коробушка".
Ангельский присвистнул.
"Не оставляй свидетелей", — прошелестел в голове вкрадчивый голос.
"Заткнись", — ответил про себя Рауль. Убрал находку в рюкзак.
Теперь у него был козырь. Или нет, два. Второй — это то, что маг не постесняется пустить в ход первый.
Его знобило. Потряхивало от нервного потрясения. Атмосфера в целом не способствовала душевному здоровью. Настроение испортилось донельзя, а мысль о том, что Лула, дрянь такая, полетела отогревать задницу на Бали, вгрызлась куда-то в самую подкорку больного мозга.
— Посмотрел бы я, что ты на это скажешь, док, — пробормотал Руссо себе под нос, обращаясь к знакомому психотерапевту, наблюдавшего его в течение последнего года.
Эта пиздоблядская холодища до добра не доведёт, ей-ей. Так себе смерть — замёрзнуть к хуям в Богом забытой дыре!
"Всегда мечтал", — кисло заметил Ангельский, молча следуя рядом с Матеем. Когда тот наконец решил нарушить тишину, мыслями Рауль был далеко. Там, где тепло и наркотический придуманный рай.
Спасибо? Ха! Да не за что, амиго!
Ангельский едва это и не ляпнул, воровато улыбнулся, прикусив насмешку на языке, и кивнул, принимая благодарность.
— Лично нет. Наслышан, что не промахивается.
С недовольством вернул Иону флягу, с которой успел породниться, и крякнул: то ли температура падала, то ли нервный отходняк нахлынул. Морозило не по-детски.
— Дай закурить, — попросил он.
У Руссо и самого были сигареты, но лезть за ними сделалось откровенно лениво из-за холода, а Матей скинул вон рукавицы.
— Не натолкнуться бы на того черножопого. — Ангельский оглянулся. — Он бля только прикидывался пуделем.
Ни единого местного вокруг на протяжении сотен километров... от этого становилось конкретно не по себе.

Ион

Его спутник все еще был в крови. Теперь его одежда выглядела совершенно ужасающе. Кровь не впиталась, но застыла на ледяном ветру, пошла коркой, с глубокими трещинами на местах сгибов. Жуткое зрелище.
- Отмыться бы тебе сперва, - даже в этой глуши водились хищники, что уж говорить про иного рода зверей. Ион хлебнул водки, мысленно прощаясь с незнакомым ему ранее русским, протянул последние глотки своему спутнику. И зажженную сигарету в добавок отвесил.
Слова Руссо о французе, который и Иону показался слишком подозрительным, вернули мысли мага в нормальное русло. "А la guerre comme à la guerre", как говорится. Пока они могли двигаться относительно безопасно.  Стыковка с союзником и последующие разборки оставили сборную США и Румынии далеко в аутсайдерах. Негр был один. И наверняка тратил много сил на обогрев и щиты. Воевать в открытую против двоих и более он не станет. Никто бы не стал, поскольку знали условия отбора - все равны по уровню и силе. Но вот боевой опыт оценить куда сложнее. Ион всю дорогу молчал, не желая тратить драгоценное тепло своего тела более, чем на дыхание. Руссо так же безмолвно скрипел снегом следом. Метель то взвывала вновь, то оседала безмолвием, но даже в эти моменты они не останавливались на перекур.
Начинало темнеть, а они не прошли и десятка километров. Мороз стал злее. Тренированное тело румына ныло, требовало отдыха и, желательно, в тепле. Левее, в километре от их траектории пути, темнел высокий скальный выступ, чертовски удобный, огороженный снежными наносами. Там можно было найти защиту и от ветра и от посторонних глаз.
- Я на разведку, - Ион скинул тяжелый, ставший его почти родным горбом рюкзак, и двинулся в сторону выбранной им цели. Он шел медленно, то и дело припадая к снегу, прислушиваясь. В вое ветра, конечно, чудились и голоса и звериные рыки, но это были лишь миражи, спутанные образы собственной фантазии. Подойдя ближе, Ион убедился, что следов вокруг выступа нет, что этот островок безветренного покоя пока не был облюбован никем из конкурентов. Это могло значить многое: что все его миновали куда раньше и не остановились на ночлег, рассчитывая преодолеть большие расстояния за световой день или что разброс меж игроками стал больше и на эту скалу просто никто не наткнулся. Или это очень хитрая ловушка и на головы беспечно спящих Матея и Руссо с выступа свалят огромный камень. Ион на всякий пожарный даже задрал голову  и осмотрел самый пик скалы. Не... Это уже из разряда бреда.
- Идем, не знаю как ты, но я чертовски голоден и хочу спать, - Матей вернулся к ставшему похожему на сугроб соратнику.
Ион расчистил снег, установил палатку, сделанную из прочного, ветронепроницаемого материала. Делали ее по спец заказу, белой, вопреки всем требованиям безопасности. Если не разводить огня и не палить свое местонахождение фонариками, то можно стать вполне незаметным невооруженному глазу.
Самым жестоким испытанием оставался поход в туалет. Драгоценный орган промерзал мгновенно, благо хоть струя не замерзала на лету. Покончив с этим нехитрым моционом, Ион спешно втерся в палатку. Какое-никакое, а укрытие.
Газовую горелку пришлось прикрывать со всех сторон. Света от нее было немного, но Ион предпочел поберечься. Тепло, идущее от нее было таким живым, манящим. На огонь он водрузил высокую кружку со снегом и теперь сидел, нахохлившись, как озябшая птица, и ждал, покуда тот растает. В палатке постепенно становилось все теплее, и хоть пар срывался с  губ, но уже оттаяли ресницы, брови, усы...
- Курить снаружи, - безапелляционно заявил румын. Ткань тут действительно была плотной и задыхаться в дыму не хотелось, - скоро будет супец.
Его снабдили достаточным количеством продуктов, что можно было потратиться на спутника. О событии на краю плато они не разговаривали, только теперь нужно было обсудить их планы на будущее, прежде чем организм получит горячую пищу и отключится, разморенный от тепла и еды.
- Давай на берегу договоримся - в спины не бить. Мы разойдемся, как только сочтем нужным, но в разные стороны. Без подстав, - конечно, такие договоры были бессмысленны и каждый из нынешних союзников более всего опасается удара исподтишка. Но каждый.
- А теперь прикинем, кто у нас остался..., - Ион помешал оседающий снежок, задумчиво поскреб бороду, - Одиннадцать и, возможно, минус один. Это я про вспышки магии неподалеку от нас. Соответственно, либо девять либо восемь Иных. Кто еще был в союзе, кроме северян? И кого стоит поискать и убрать, пока мы вместе?
Руссо, стянувший свою безразмерную куртку, казался теперь болезненно хрупким по сравнению с ладным, заботящемся о своем теле румыном. И занимал не так уж много места в палатке. Удобный малый хоть в этом.

Рауль

Нападение и последовавшая за этим смерть Одинцова вымотала у Ангельского все нервы. Взамен всему пришла апатия и какая-то совершенно чёрная, угольная меланхолия. Хруст позвонков, глухой звук, с которым ледоруб впивался в лицо русского, предсмертные хрипы — вот единственное, что отпечаталось в памяти. Мотивов не было. Руссо едва сознавал, что прикончил соперника с особой жестокостью. Посторонние сущности перешёптывались в голове, на разные голоса комментируя произошедшее. Особенно старалась баба. Рауль назвал немолодую особу Дороти. Так вот, Дороти уверяла почтенную публику, что Руссо принял единственно верное решение, потому что Руслан Одинцов пёр на себе взрывчатку, и если бы не Рауль, все бы "сдохли в страшных корчах".
За скрипом снега, толстым капюшоном и завыванием ветра в холмах румын не слышал, как Ангельский тихо переговаривался с затейницей Дороти. Но к вечеру голоса успокоились, оставив взамен головную боль, и всё стихло.
Матей отчалил на разведку. Ангельский достал пистолет Макарова и, подобно ребёнку, заполучившему дорогую игрушку, снова осмотрел его. Совсем новый. Одно только наличие пушки добавляло уверенности в завтрашнем две и собственной победе, к слову. Притом Руссо отличала осторожность, почти трусливость. Что-либо смелое он делал или под кайфом или во время помутнения рассудка. Русскому просто не повезло.
Рауль убрал своё сокровище, после чего выудил сигареты. Не с первого раза удалось прикурить: хвалёная негасимая Зиппо справлялась с порывами ледяного ветра, но плохо — с выполнением первоочередной функции. Когда наконец занялось пламя, Ангельский с удовольствием затянулся.
Вернувшийся напарник напоминал йети. Рауль не стал отвечать, что больше всего на свете хочет вернуться обратно, в приветливое тепло поселения, и дозу. Дозочку. Бывших наркоманов не бывает, а Руссо ничем не отличался от остальных торчков.
Пришлось собраться, сделать последний рывок до привала. Ангельский помог Иону установить палатку. Тоскливые мысли о том, что палатка — его единственное укрытие от стужи на неопределённое время, делали заднице холодно. Так и околеть недолго.
К полуночи температура упадёт ещё на пару градусов...
— Нам бы не помешало знать, кто выбыл из гонки, — тихо, будто экономя силы и тепло, проговорил Ангельский.
Невозмутимо сунул в рот подушечку дирола — хоть что-то пожевать до ужина, — и принялся лениво перебирать содержимое рюкзака.
— Снаружи так снаружи, — легко согласился Руссо.
Постепенно теплело, и от этого становилось светлее на душе. Ангельский жмурился, неотрывно глядя на синее пламя. Он как-то раз неудачно прикурил от горелки и подпалил себе патлы. Воспоминание об этом вызвало кривую ухмылку.
Поднял глаза, услышав "деловое предложение". Ну-ну.
"Я бы мог тебя порешать рядом с Одинцовым", — ответил про себя Рауль, но кивнул.
— Мы нигде не видели шведа. Это странно. То ли этих троих раскидали так, что вместе пошли только русский и датчанка, отступив от первоначального плана, то ли швед отстал, то ли преднамеренно не последовал за ними. Падма и Базиль, если куда-то и направились, то вместе. Но гадать — это пустая трата времени. Любой мог пойти любым путём, — заключил Руссо.
У него руки чесались сотворить на себя что-нибудь защитного характера. Зато в палатке медленно-медленно росла температура, и щеки перестало колоть от мороза. Рауль отважился стянуть рукавицы на остаток вечера, достал свою флягу и расщедрился угостить Кузнеца.
— На-ка попробуй. Вискарь, что надо, высший сорт.
Встряхнул спальник, начинённый высококачественным гусиным пухом. Ночью его от холода сдохнуть, определённо, не грозило. Ему и кое-какой части экипировки, которой не рекомендуется замерзать.

Ион

Руссо вел себя подозрительно миролюбиво. Если бы он молчал и злобно зыркал на своего спутника или хотя бы недоверчиво косился, как при их первой встрече - Иону было бы спокойней. Возможно.
Снег вскоре превратился в воду, затем та забурлила. Румын к этому моменту уже нашел в рюкзаке сухпаек, высыпал содержимое одного пакета в воду, как следует помешал и прикрыл крышкой их импровизированный котелок. Сколько дней им еще придется скитаться по ледяной пустыне никто не знал, но еды шеф отсыпал щедро.
- Ты тоже не в метре от меня стоял, дружище, - усмехнулся Кузнец, стянул меховые сапоги и позволил себе вытянуться в палатке. Ступни уперлись в холодную ткань и пришлось их поджать, чтобы не замерзли. Тело отогревалось, млело и покалывало от окутывающего тепла. И виски, предложенный соратником был как нельзя кстати. Напиток показался Иону куда более вкусным, чем водяра. Его запах щекотал ноздри, а вкус хотелось смаковать под длинные затяжки сигарет. Одна лишь мысль, что нужно высунуть нос из их обиталища отбила желание курить напрочь.
- Один он нам не так страшен... Думаешь, курица и негр вместе? Хм, ты дольше следил за ними, но мне они показались самостоятельными единицами.  До рассвета нужно будет все же кинуть заклинание поиска... Я понятия не имею, куда нам идти, а заодно посмотрим, сколько пешек еще на карте.
Еда пахла просто божественно. Может и впрямь шеф расщедрился на хороший сухпай, а может сказывался день мороза, голода и лишений. Бывали в жизни Матея дни и похуже, но память уже приглушила их краски, переход же, который они сделали сегодня и алая кровь русского все еще стояли перед глазами.
Румын поделил варево, оказавшееся лапшой с мясом и овощами. Себе он отлил в термокружку, ту же, что стояла на огне и еще хранила его тепло - всучил в ладони окоченевшего американца. Тот явно переносил холод хуже Кузнеца, видать происходил не из регионов потеплее Миннесоты.
Газ Ион вырубил, горелку убрал в угол палатки, где она не будет мешать. Места в его шатре было аккурат на двоих взрослых мужчин. А если бы он не пошел на сделку с американцем? Мерзнуть ему одному в просторах своих тканных хором... В палатке не было темно. Свет проникал сквозь ее белое полотно, его было достаточно, чтобы разглядеть соседа и предметы. Ион швыркал горячий суп, поглядывая на мирного Руссо. Никто бы не поверил, глядя на жующего с аппетитом американца, что несколько часов назад он размахивал ледорубом и крошил человеческий череп без жалости, с упоением берсерка, обожравшегося грибов.
- Кстати, ты не догадался забрать у русского ствол?
Ион совсем забыл об оружии, но вспоминая, прокручивая раз за разом в голове события тех минут, внезапно вспомнил. Было бы неприятно получить пулю в спину. Хотя, ледорубом в лицо - еще неприятнее.
"Не в эту ночь..", - утешил себя маг. Сейчас не было смысла лишаться сильного союзника. И если американец не совсем псих, то он это понимает.
Ион доел, пожалел, что не сварил больше, но второй раз горелку ставить не стал. Достал витаминный батончик, ставший твердым на морозе и сгрыз его как десерт. А после уж лег.
- Слушай, мы во время первой грелись так: один спальник вниз, второй сверху. Состегиваем. Я понимаю, предложение звучит так себе - с тобой в одном спальнике, - усмехнулся усатый румын, - но так действительно теплей. Значительно.

0

4

Ангельскому удалось сберечь от полной разрядки собственный айфон, требовательный к погодным условиям и зависимый от температуры. Тридцать процентов зарядки — по такому холоду это от силы часов двенадцать, если прятать смартфон в нагрудном кармане. Внешний аккумулятор Рауль решил приберечь для спутникового телефона. Так что через несколько часов дорогая игрушка превратится в бесполезный груз.
Связи не было.
Румын хлопотал над трапезой, Ангельский перебирал свои припасы. Блистер нейролептиков вывалился из внешнего кармана. Руссо сунул таблетку в рот и проглотил, ничем не запивая. Ион в это время делил на двоих варево, чудесно пахнущее мясом и овощами. Рауль с благодарностью принял подношение и принялся за пищу.
Оказалось, Матей не заметил, что Ангельский присвоил ПМ Одинцова. Руссо сделал вид, что горячее варево попало ему на язык, перед тем как ответить. На самом деле, он взвешивал за и против того, чтобы сообщить о ценном трофее.
— Забрал, — наконец ответил маг.
Больше он ничего не сказал, с бесстрастным видом поглощая лапшу. После марш-броска по морозу ему показалось мало небольшой порции, поэтому Ангельский потянул в рот плитку прессованных мюсли. Напоследок глотнул из фляги, отчего засаднила ранка в уголке губ, и умиротворённо вздохнул.
Принялся разбирать спальник дальше. Случались у Рауля и куда более паршивые дни, когда не хватало ни на что, кроме нескольких литров бензина и дозы, но с непривычки казалось: он сдохнет.
Во время "первой"... Первой чего? Вылазки в Гренландию? Войны? Ангельский недоверчиво глянул на Иона, но промолчал. Кивнул и принялся объединять спальники. Догадывался, что бок о бок теплее, а морально-этическая сторона вопроса мага не беспокоила в принципе. Молнии совпадали.
Свитер из тонкой серой шерсти Рауль оставил на себе, равно как и трико. Разулся. Моментально стало холодно, и Ангельский влез в спальник, стуча зубами. Помянул нехорошим словцом Лулу, наверняка ночевавшую в тёплой постели, и заткнулся. Тот, кто много ноет, долго не протянет.
— Хотел бы знать, как вообще выглядит то, что мы все здесь разыскиваем.
Провёл по экрану айфона и спрятал трубку в тепло тела. Спать хотелось больше, чем дышать, и больше, чем дышать, — курить, однако сама мысль о том, чтобы высунуть нос за пределы палатки, казалась идиотской.
— Спокойной ночи, — зевнул Рауль.
Живой бок румына излучал сухое бархатное тепло. Ангельский неохотно убрал ладонь до момента, когда близость становилась двусмысленной.
[status]АНГЕЛЬСКИЙ[/status][nick]Рауль Руссо[/nick][icon]https://c.radikal.ru/c28/1804/cb/46cfd58b702e.jpg[/icon]
[sign]Schizophrénie[/sign]

+1

5

Вроде уровень доверия после разделенного ужина меж ними заметно возрос. Ион не потребовал пистолет себе, но стоило избавиться от опасного орудия сразу, как только возникнет возможность.
Руссо согласился состегнуть спальники, тем самым дав им шанс проспать в относительном тепле и уюте. Ион проложил меж своим боком и палаткой куртку, стянул свитер и теплые штаны, устроил из них уютное гнездо под голову. На нем осталось только термобелье, и вне спальника оно не спасало от холода.
- Ну вот и наша первая брачная ночь, - фыркнул румын, забираясь в теплый спальный мешок. Руссо лежал совсем близко, в этом и была задумка - использовать тепло друг друга, чтобы согреться. Сон пока не шел, мысли крутились одна за одной: сколько еще противников; что будет, если их убежище обнаружат ночью; можно ли доверять американцу?
Ион повернулся и положил руку на теплый бок соратника. Без намека, ему просто некуда было ее деть.
- У тебя телефон еще живой.. Поставь-ка нам будильник на пять утра. Пробьем до рассвета окрестности заклинаниями.
Конечно, они могли дежурить по очереди, но ночь и так была коротка, а тепло - драгоценно. Ион был уверен - стоит ему еще немного полежать и сон придет, причем сопротивляться ему будет совершенно бессмысленно. А Руссо и вовсе уютно сопел, похоже уже спал.
Ион вздохнул, притянул американца ближе к себе, поправил края спальника, чтобы холодный воздух не попадал внутрь, и, уткнувшись озябшим, обветренным носом в шею соратника, постарался уснуть.
Прошло часов шесть, прежде чем Ион проснулся от странного свечения. Всполохи были яркими, неравномерными, странными... И никакой магии не чувствовалось.
- Эй, - румын тихо шепнул в ухо спящему, - что-то стряслось.
Жутко не хотелось выбираться из живого тепла. Ион шумно вздохнул, расстегнул спальник со своей стороны, накинул ледяную куртку и высунулся из палатки. Контраст температур заставил стучать зубы, а бороду и усы мигом покрыться инеем. Маг оглядел окрестности, прислушался, и лишь потом догадался задрать голову вверх.
Это было прекрасно. Небо прокалывали миллиарды зеленых светящихся игл, они плавно переливались, постепенно изменяя свои формы, расплываясь, притухая и вспыхивая вновь. На какое-то мгновение Ион напрочь забыл о холоде, о деле, что загнало его на край мира в ледяную мглу. Все его внимание и мысли были устремлены вверх, в бесконечно прекрасные перекаты волшебного света.
- Высунься, Рауль, зрелище стоит отмороженной рожи, - громко позвал Ион, хотя был уверен, что Руссо проигнорирует его предложение и пошлет куда подальше. Пока пальцы еще не совсем околели, румын чиркнул зажигалкой и закурил. Зеленоватого света, рассеянного на километры вокруг, хватало, чтобы видеть не хуже, чем днем. Если Рауля растрясти, можно выдвигаться уже сейчас, не теряя времени. Ион быстро тянул сладкий дым, ощущая, как остывают не защищенные хорошей одеждой конечности, и прислушивался к шевелениям в палатке за своей спиной.

0

6

Ток-ток-ток. Сердце, дремавшее до этого, "проснулось" сильно раньше головы и взвинтило пульс. Чувство было такое, словно оно вот-вот проломит грудную клетку и куда-нибудь азартно ускачет. Рауль вскинулся, моментально приходя в состояние полной боевой готовности, будто его засекли копы, а в бардачке трава. Полный бардачок травы!
— Что?..
Ангельский с беззвучным стоном перевернулся на другой бок. Сообразил, что прямо сейчас его убивать не будут, а значит, минутку-другую он потратит на то, чтобы унять обезумевшее сердце. Ток-ток-ток.
Спину лизнуло холодком: румын выбрался из спальника. Руссо недовольно засопел.
Прошло несколько минут, и Матей позвал его. Да ебать-копать! Что могло стрястись посреди ночи? Наткнулся на Падму без косметики?
— Если это не "оковы", полюбуйся один и дай поспать... — отмахнулся Ангельский.
Он не расслышал в голосе Иона беспокойства, а ничто другое, кроме опасности, не могло выманить мага из тепла палатки. Хватит того, что один дурак показал нос на улицу и наверняка вернётся насквозь промёрзшим...
Однако сердце продолжало азартно прыгать внутри, разогнав сон. Руссо со вздохом натянул до одури холодные шмотки, сунул тёплые ноги в студёные ботинки и выглянул из палатки.
Отследил взгляд румына и замер, поражённый... на пару секунд. Чертыхнулся и скрылся обратно, торопясь юркнуть в остывающий спальник. Да чтоб тебя! Недобитый романтик.
— Под элэсдэшечкой и не такая хуета привидится, — пробормотал он, закрывая глаза.
Рано вскочили. Будильник на смартфоне не успел сработать, а всё туда, задницу на мороз. Зуб на зуб не попадал от стужи. Так и околеть недолго. Пиздец, пизде-ец!
Он благополучно похерил лирический настрой спутника и, свернувшись в животный клубок, сберегая тепло собственного тела, провалился в сон.
Когда румын вернулся, от него пахло сигаретами и веяло ледяным дыханием севера. Руссо со вздохом потеснился в спальнике. Глаз открывать до звонка будильника он не планировал. Спали и сущности, населяющие его полубезумную голову; и это было хорошо.
Не просыпаясь, Ангельский впустил Иона в ласковое тепло и засопел дальше. Щекотно, влажно мазнул сухими губами вдоль шеи, закинул на Матея бедро и дремал, пересматривая по второму кругу хрупкие утренние сны, раскрашенные в сотни, тысячи роскошных оттенков.
Дрогнули ресницы; Руссо спрятал нос в шее румына, доверчиво прижимаясь к нему. Отчёта в том, что он делает, маг себе не давал. Бессознательное стремление в тепло заставило его касаться интимней обычного. Он дремал, а вместе с ним спали и все правила приличия, такие лишние и ненужные в суровом климате Гренландии.
[status]АНГЕЛЬСКИЙ[/status][nick]Рауль Руссо[/nick][icon]https://c.radikal.ru/c28/1804/cb/46cfd58b702e.jpg[/icon]
[sign]Schizophrénie[/sign]

0

7

Мерзлая, безразличная ко всему происходящему под ее мистическим сиянием красота завораживала, но не настолько, чтобы застыть пред ее ликом ледяной статуей. Ион докурил сигарету, смял ее уголек в озябших пальцах, даже не почувствовав жара, и нырнул обратно в спасительное тепло палатки. Он плотно закупорил вход, застегнул на оба обледеневших замка, скинул верхнюю одежду и подвинул вольготно устроившегося Руссо. Тот лишь на миг высовывал нос на холод, видать, не впечатлился зрелищем, и теперь добирал сна, который и впрямь был самой великой ценностью в их сумасшедшем предприятии.
Ион не стал скидывать ногу американца. Шут с ним, так теплее. Он обнял его крепче, сунул околевшие ладони под нагретый бок и тоже провалился в сон. Если кто-то и наблюдал за ними, то подумал бы, что этих двоих в белесой палатке связывает нечто большее, чем временный договор о сотрудничестве. Но просто этот кто-то не морозил свой зад в пронизанной ветрами ледяной пустыне и не знал насколько манящим может быть простое тепло, исходящее от человеческого тела. Тут уж не до предрассудков.
Будильник выдернул Иона из сна резко, в один миг заставляя открыть глаза. Небо все еще плясало зелеными огнями, но теперь не было времени отлеживаться в ютном гнездышке. Время творить заклинания.
Ион стянул спальник с головы американца, почти нежно погладил его по заду:
- Вставай, красавица, очнись - вид сонного и такого мирного соратника резко контрастировал с его вчерашним поступком. Румын помнил все и его тревоги никуда не делись. Просто доверия стало чуть больше.
- Сперва касты, потом - еда и остальное.
Для того, чтобы раскинуть сеть поискового заклинания как можно шире, Иону нужна была помощь. Он сел в центре палатки, не скидывая спальник с ног, взял второго мага за руки и закрыл глаза. Ведьмочка из его Дозора учила его этому заклинанию несколько раз, так что Ион не сомневался в собственном успехе. Сила американца лишь расширит периметр воздействия. Да, сейчас они дадут сигнал всем, на ком висят заклинания особого охранного толка, да только иначе пути не выведать. И то не факт, что они найдут направление, слишком это было бы просто.
- Если руки станут холодными, ныряй за мной в Сумрак, рви заклинание и вытаскивай меня. Я в нем не знаю меры и не чувствую собственной слабости...
Холод Сумрака окутал их вновь, губы Иона бесшумно шевелились, произнося формулу заклинания. В целом мире не осталось ничего: только серый туман и ощущение горячих, обжигающих своей реальностью и силой ладоней Руссо. Поисковая сеть покатилась, как набегающая приливная волна. Вот, где-то совсем недалеко мерцает чья-то живительная энергия. Иной, один. Дальше, дальше в туман. Здесь не было дня и ночи, не было холмов и сугробов, но были направления. Дальше... дальше - еще две яркие звездочки силы. Иные, так близко друг к другу, слишком... как одно целое. "Трахаются", - мелькнула где-то совсем на грани мутного сознания мысль. Дальше... дальше... Во все стороны. Его силы таяли стремительно быстро, но он все тянулся вперед и встроны, раскидывая нити заклинания веером от того места, из которого они пришли. Артефакт должен был вспыхнуть нестерпимо, если его коснется поисковая сеть, но увы... Пока ничего не нашлось, а ведь Ион забрался на несколько десятков километров вперед.

0

8

Methods of Mayhem... Мёртвого из могилы поднимут. Ангельский всё на свете проклял, что не задал на будильник другую, более спокойную композицию, потому что сердце опять заходилось как во время припадка... а румыну хоть бы хны.
Прикосновения к заднице Рауля взбодрили. Ангельский заслонил сонное лицо ладонью и со стоном перевернулся на другой бок, после чего открыл-таки глаза.
"Я больше никогда".
Что "никогда" Руссо не додумал, сообразив, что это не отходяк после адского рейва, а сраная Гренландия.
Ион, судя по всему, обладал дьявольской силой воли. При прочих равных условиях Ангельский вначале позавтракал бы. Но он и замотивирован на поиски был относительно слабо. Что его двигало, так это боязнь уголовной ответственности. Или клиники для душевнобольных. Он сознавал, что "душевно" и "больной" — это о Рауле Руссо, но в чём виноваты остальные? Дороти, например, нормальная баба.
Ну и хрен с тобой, золотая рыбка. Маг убрал до сих пор живой мобильник и протянул обе руки Матею. Молча выслушал инструкции и кивнул.
Ион вряд ли ощутил, но вместе с Ангельским его кисти коснулись и все остальные сущности. Кроме француза Шарля, который не являлся магом. Сразу несколько магов положили ладонь на ладонь, словно в старом фильме о Д'Артаньяне и трёх мушкетёрах, и предоставили Матею свою силу.
Руссо прикрыл глаза и на лицо спутника не смотрел, полностью полагаясь на телесные ощущения. Наиболее чуткой личностью у него являлся Малкольм Хиггс, бывший морпех. Сукин сын Мэл чаще прочих замечал признаки надвигающегося пиздеца, и Рауль доверял его опыту... Довольно странно доверять опыту того, кого в принципе не существует, однако нормальные люди называют это интуицией.
Вскоре случилось то, что предрекал Ион. У него похолодели кисти — настолько, что тёплые ладони Ангельского перестали согревать их. Более того, мёрзнуть начал и сам Руссо, что настораживало отдельно. Грань между людским миром и Сумраком несколько смазалась и сделалась полупрозрачной. Время будто замедлилось. В установившейся неидеальной тишине Рауль слышал собственное тихое дыхание.
"Убирайтесь, убирайте к чёрту!"
Первым ушёл Тим, потом испанец Эрнандес. Дальше одновременно Дороти и Абигейл, и так, пока не осталось никого, кроме Ангельского, кто подпитывал бы заклинание. Руссо зачем-то набрал полную грудь воздуха перед вхождением в Сумрак. Найти здесь второго мага, расположенного так близко, не составило большого труда; а вот вытащить... неожиданно прочная сеть тянулась паучьими нитями. Рауль поборол искушение подключиться к ней, потому что иначе рисковали навеки остаться в ней оба, и рванул на себя. Несколько мерцающих нитей оборвалось с ходу, и паутина погасла волной от места разрыва. Колдовство рассеялось, и Руссо нырнул обратно, на этот раз не один.
Получилось, наверное, грубовато. Но если бы вмешался Мэл, то Иона вообще потащили бы к поверхности, как мешок картошки...
— Вставай, красавица, очнись, — беззлобно передразнил Ангельский, пододвигая к себе холодную, будто полежавший труп, куртку. — Рассказывай, что удалось нащупать.
"... а мне пожрать и умыться".
[status]АНГЕЛЬСКИЙ[/status][nick]Рауль Руссо[/nick][icon]https://c.radikal.ru/c28/1804/cb/46cfd58b702e.jpg[/icon]
[sign]Schizophrénie[/sign]

Отредактировано Дагон (2018-05-10 01:33:37)

0

9

Его швырнуло в реальность. Сеть оборвалась.
- Твою ж..., - мага колотило от холода, он как слабый, только открывший глаза котенок, пошатывался, жмурился, хватая ртом воздух. Голос Руссо звучал теперь так резко, пронизывая болью измученное сознание темного. Ион знал, что отходняк может быть серьезным, именно поэтому не спешил с завтраком. Еда - слишком ценный ресурс, чтобы выблевать его на еще чистые спальники сразу после употребления. Ион с трудом отцепил руки, спрятал ладони подмышки, в простом желании согреться.
- Твою ж...., - это пока все, что он мог сказать. Даже губы занемели. Вот сейчас особо остро хотелось еды, сладкого и водки. Сумрак высасывал калории быстро, как алкаш дешевое пойло.
- Грей... бухнуть, ты сделай..аай.., - собственный голос казался ему таким жалким, слабым, но вот думать уже получалось куда лучше. Ион не спешил рассказывать то, что увидел. В том состоянии, в котором он сейчас находился, американец мог просто придушить его, даже без использования магии. Нужно было выждать, восстановить силы и только потом рассказывать о результатах поиска. Хотя и рассказывать особо было нечего. Из увиденного Ион мог сделать только один вывод - скорее всего они идут не в том направлении. Всего трое иных на огромной площади, причем ближний идет строго на восток, а трахающаяся парочка находилась значительно севернее.  Как при одинаковых условиях остальные Иные оказались вне поля сети? Все лидеры грешат заклинаниями ускорений? Прячутся под щитами? Надолго ли их хватит в таком случае? Маги были равны по силе, уровню.. да, но умения у всех были разные. Можно было сколь угодно гадать, но так и не попасть выстрелом в шарик. Ион натянул на себя спальник, сам же нарушил свое правило, выуживая сигареты и закуривая. К чертям. Скоро выходить на мороз.
Говорить нормально он смог только после еды, которую пришлось готовить в этот раз американцу.
- Самих "оков" не видно. Даже не чуется. Похоже на них лежит заклинание и, чует мое сердце, видно будет только на третьем слое. Не зря же именно эту планку установили наши хитрожопые шефы, - Ион складывал вещи в рюкзак, нельзя было терять времени.
- Но слева от нас одиночка. Если обещаешь не проламывать ему голову, предлагаю с ним поговорить. Или с ней.
Про веселую парочку, которая, как теперь понял Ион, могла заниматься не любовными утехами в попытках согреться, а тем же самым, что и они с Руссо, румын рассказывать не спешил. Не доверял он американцу. Все еще не доверял.
- Чем быстрее выдвинемся, тем вероятней поймаем нашу пташку. Но не убивай. Второй труп нам не простят.
Вот так просто он высказал все свои впечатления о вчерашнем инциденте. Был русский - не стало русского. Мукам совести  свое время. И колючий мороз, царствующий вокруг взывал к совсем иным чувствам.
Они свернули палатку, без особой радости накинули рюкзаки и выдвинулись в направлении, указанном Ионом. Точного расстояния маг не знал. Сложно было определить его из Сумрака, где искажается все пространство и даже время. Поэтому шли осторожно, вглядываясь вдаль сквозь кристально вымороженный воздух. Всполохи северного сияния еще не меркли, рассвет в этом царстве снега наступал поздно.
- Смотри.., - Ион ткнул пальцем в светлую точку впереди, - греется гад. Или это приманка для нас. Что будем делать?

0

10

Самое время прикончить румына и продолжить поиски в одиночку... Но он не повторит ошибку героя лондоновского рассказа "Развести костёр". Картинка навязчиво вертелась в памяти: книга в сине-белой обложке с изображением замерзающего на снегу человека. Как бы этим человеком не стать ему самому!
Замерзшему Иону Ангельский сунул в руки собственную флягу с драгоценным вискарём. Сообразил, что тот её не откроет, после чего отнял, открутил крышку сам и вернул Матею. Так-то лучше.
Спрашивать, что да как, повременил. Деловито достал горелку и принялся готовить чай к завтраку и завтрак к чаю. Лула снабдила подопечного сухпайками американской армии, один из которых Рауль распотрошил. Весело зашелестела туристическая горелка, и щепотка заварки, брошенная в кипяток, оказалась щедрее обычного. Кроме всего прочего, у мага имелись обыкновенные чайные пакетики, но их он не признавал за чай.
— На третьем — это плохо, — пробормотал Ангельский.
Сунул в рот очередную таблетку загадочного назначения и запил водой.
— Если он — или она, — будет размахивать пушкой, я ничего не обещаю, — отрезал Ангельский.
"Это та дура из Ватикана".
В голове маг сотни раз прокрутил один и тот же сценарий... Как он хладнокровно вскидывает ствол и давит на спусковой крючок; а кровь такая красная-красная, и вкрадчивый шёпот Сумрака звучит в самой голове.
Руссо подал спутнику горячий чай.
— Пей давай, — скомандовал он.
Славянин недоговаривал. Конечно, после того, что Рауль устроил, будет он доверять!
Арахисовая паста. Лучший способ испортить завтрак. Ангельский намазал её на крекер и невозмутимо захрустел. Пользуясь случаем, он беззастенчиво набивал брюхо, понимая, что до планового привала ой как далеко.
Выслушал наставления Матея, покивал и провёл ладонью по лицу, стирая неприятную улыбку психа.
Такое ощущение, что рюкзак прибавил в массе фунтов десять... Соблюдать осторожность — так себе удовольствие с солидным довеском в виде снаряжения, но Ангельский никуда и не торопился.
Руссо сощурился. Переглянулся с Ионом и сказал:
— Я поговорю с ним. Если он толкует по-нашему. Впрочем, не исключаю, что беседа не состоится. Давай в Сумрак. Прикроешь меня, если что-то пойдёт не так.
Он редко излагал мысли тоном, не терпящим возражений, но в этот раз идея подойти и вступить в диалог казалось до крайности заманчивой. Наверное, потому что Ангельский недалеко убрал ПМ.
На расстоянии нескольких десятков шагов стало понятно, что неизвестный — тот самый черножопый француз, с которым Ангельский познакомился первым.
Рауль показал ему раскрытые ладони, мол, у меня ничего нет, приятель: ты в безопасности. Приближался довольно медленно, чтобы это не посчитали агрессией.
— Стоять, — на чистом французском скомандовал Базиль, когда Ангельский находился в десяти шагах от него.
Руссо послушно замер.
— Где второй? — вместо приветствия спросил Базиль.
— Который? — "не понял" Ангельский.
"Щёки отморозил, ну ёбушки-воробушки".
— Тот, что был с тобой. Твой напарник.
"Ну вот тебе и "моя твоя не понимай". Как и предполагалось. Сука-а-а..."
— Встречный вопрос. Где Падма?
— Без понятия.
"Он врёт", — голосом старого морпеха Мэла предупредил Руссо его больной рассудок. Впрочем, и здоровая, сохранная часть мозга Рауля не верила Базилю Лебрюну от слова совсем.
— Лукавишь, месье Лебрюн.
— Ну вроде того. Где второй? — повысив голос, повторил негр.
Он заметно нервничал, словно только прикопал бедную Падму, предварительно выебав труп.
Ангельский под шумок бросил в Базиля заклинанием длинного языка.
— Разминулись, — соврал он о Кузнеце, — а вот с Падмой ты зря так.
— Эта дрянь попыталась меня ночью придушить, а потом, наверное, сказала бы, что так и было! Больше она никому не навредит.
— Ты убил её, — обличил Ангельский.
— Да. Теперь умрёшь и ты.
[status]АНГЕЛЬСКИЙ[/status][nick]Рауль Руссо[/nick][icon]https://c.radikal.ru/c28/1804/cb/46cfd58b702e.jpg[/icon]
[sign]Schizophrénie[/sign]

Отредактировано Дагон (2018-06-09 22:31:10)

+1

11

На этот раз решения принимал американец. Но Ион был не в том состоянии, чтобы спорить. В сумрак лезть чертовски не хотелось, но лучше уж он будет видеть Ангельского, чем наоборот. Его напарник был чересчур непредсказуем...
Ион скинул рюкзак, отчего спине стало заметно легче и холоднее, достал свой ножище из чехла, а вещи припорошил его снежком, чтоб не слишком привлекали внимание своей яркой оберткой, и шагнул на первый слой. Достаточно, чтобы не показываться на глаза, но Ион был не в том состоянии, чтобы швыряться заклинаниями, поэтому набросил на себя легкое заклинание отвода глаз.
Румыну казалось, что они тащились до лагеря соперника целую вечность. Только в реальном мире прошло всего несколько минут. Американец обогнул невысокий сугроб и оказался всего на расстоянии броска от Иного. Им оказался негр. Тот самый, мутный...
Ион не стал тратить время, он поспешил обойти стороной скромный лагерь Базиля, краем уха вслушиваясь в расплывчато медленные слова реальности. Негр расставил ловушки, и если бы румын был чуть менее осторожным - он обязательно угодил в одну из них. Мелкие заклятья, не причиняющие особого вреда . Их предназначение - всего  лишь предупредить хозяина об опасности. Используй маг любое боевое заклятье - они тут же заверещали бы пронзительно, сбивая ворожбу и сигналя об атаке.
Ион был слишком сосредоточен на своем плане, поэтому не сразу понял о чем идет разговор между его соратником и французом. Да и как тут поймешь, если не бельмеса на их лягушачьем.
"А если договариваются привалить меня? И это был их давнишний план?!"
Эта мысль заставила Иона замереть. "Глушить обоих и валить одному как можно быстрее..." - вот что советовал внутренний демон. С другой стороны, румын заметил, как в негра влетело какое-то количество энергии. Конечно, Базиль не мог этого не отследить. И... И он был почти пустой. Его слепок в сумраке зиял ранами и пустотами. Скорее всего этот товарищ уже вступал в бой и после так же как и Ион мониторил окрестности.
Румын застыл посередине, все еще раздумывая о выборе. Руссо был полон сил, и стоило сперва грохнуть его, а потом - француза. Но впереди еще несколько соперников. Не может же им везти и дальше? Или может?
"Ладно... потерпим его еще немного", - решил Кузнец. От предательства его остановило ярое нежелание дрыхнуть в ледяном своем куполе в одиночку. А Руссо был хоть и щупл, но вполне себе тепл.
Затылок негра оказался перед самым носом мага, он плавно вышел из сумрака и приставил нож к его горлу. О нет, Ион не был профаном в таких делах. Его закалили две войны, которые он прошел в самой гуще фронта, не отсиживаясь в теплом и сытом тылу.
- Переводи этому гаду, Руссо, и кинь ему батареечку в его темненькие ручки, - даже если американец был в сговоре с Базилем, то не подал виду и не пришел в замешательство. Что ж, оставался шанс, что их союз продолжится и дальше.
- А теперь, скажи ему чтобы силушку свою в нее перелил. Всю. И чтобы не пытался уйти через сумрак. Передай ему, что я чертовски нервный парень и рука может дернуться.
Ион не хотел становиться убийцей или соучастником. Он планировал отнять у Базиля остатки силы и оставить его здесь. В этом была двойная выгода: они не нарушали правил, избавляясь от соперника и получали хоть немного дополнительной энергии, которая с каждым их заклинанием, с каждым погружением в сумрак, таяла, как зарплата в руках бюджетника. А заодно имели возможность поговорить с этим малым, выторговать его возвращение назад за информацию об "оковах".

+1

12

Раз, два, три, четыре, пять, я иду искать...
Вот негр и нашёл Иона так некстати, невовремя для себя и очень, очень вовремя для Ангельского. Соперник-одиночка явно не стоил пули. Руссо берёг боеприпасы. Точнее, этим занимался старый морпех Хиггс в его голове.
Лезвие напарника голодно блеснуло в холодных, ни черта не греющих лучах гренландского солнца. Кадык потрёпанного столкновением с Падмой Лебрюна дрогнул. Негр сглотнул, и в глазах его мелькнул затравленный хищник.
— Советую не трепыхаться, — ласково, прямо-таки душевно предупредил по-французски маг.
Растёр морду лица рукавом. Не защищённая маской, она мёрзла как распоследняя падла.
Ангельский похлопал себя по карманам, вспоминая, куда задевал пустой накопитель. В качестве такого резервного амулета у него выступал брелок для ключей в виде отрезанной собачьей головы; несколько лет назад его изготовил по заказу один умелец.
— Он сказал, — не без удовольствия перевёл Рауль, — чтобы ты перелил полный остаток энергии сюда.
Ангельский бросил собеседнику оскаленную собачью голову.
—... и чтобы без глупостей, а то он просто мечтает перерезать тебе глотку. Завидует неграм.
Коротко хохотнул, намекая на нечто пошлое, демонстрируя чисто американский юмор. Базилю, впрочем, шутка не зашла. Он с кислым видом заправлял артефакт собственной энергией. Которой, видимо, и без того почти не осталось.
— Откуда ты пришёл? — всё на том же мелодичном языке круассанов и улиток в чесночном соусе полюбопытствовал Рауль.
Пересёкся глазами с напарником и сообразил, что они не сговариваясь думают одинаково.
— С северо-запада, — нехотя отозвался негр.
— С северо-запада, — немедленно перевёл на английский Руссо.
Помолчав, он цепко осмотрел маленький лагерь Базиля, разбитый явно наспех. Видимо, на счёт Цветка лотоса тот не сбрехал, и значило это, что и в его случае господа инквизиторы простили труп. Трое участников гонки — двое силами Руссо и Матея и одна силами Лебрюна, — выбыли. Без пяти минут вылетел и ставленник французского дозора. Неплохо.
— Оковы, мсье. Думаю, ты хочешь вернуться в селение здоровым и не по частям, — прозрачно намекнул Руссо.
Но Базиль, если и разведал что-то, сразу показал "нет". Истолковать это как-то по-другому и без перевода было трудно.
— Не в теме, — махнул рукой маг. — Обломинго. Видимо, больше с Падмой цапался, чем искал. Или врёт.
Руссо нехорошо сощурился.
Лезвие у глотки способствует разговорчивости, но иногда попадаются крепкие орешки. Вы когда-нибудь пытались вскрыть старый грецкий орех ножом из дрянной китайской стали? Это сравнение очень понравилось Абигайл.
[status]АНГЕЛЬСКИЙ[/status][nick]Рауль Руссо[/nick][icon]https://c.radikal.ru/c28/1804/cb/46cfd58b702e.jpg[/icon]
[sign]Schizophrénie[/sign]

+1

13

Их план удался. Вновь. Для Иона это не было чем-то из ряда вон выходящим. В родном Дозоре его считали счастливчиком, а ведьмочки болтали о том, что он поцелован удачей в зад и вперед и во все остальные части тела. Даже со спутником ему повезло. Странно, извращенно, но повезло. Обычно это Кузнец оказывался "плохим копом", так как особо муками совести не мучился. Ангельский, похоже, с таким чувством был совершенно не знаком и был готов выполнять любую грязную работу, лишь бы победить.
- Насчет пыток нам не давали ограничений, вроде бы? - нехорошо улыбнулся румын, забирая "батарейку" из черных рук. Румын и сам бы с удовольствием расправился с индианкой, но вряд ли стал бы ее убивать. Зачем? Куда выгоднее вот так опустошать конкурентов. Без силы, без нормальной еды и невозможности нормально уйти в Сумрак Иной был, что простой человек. И если в условиях обычного леса или города они все равно представляли бы опасность, то здесь, среди заснеженных горных плато и обрывов Иные становились слабее слепого, новорожденного котенка. Если, конечно, не припасли огнестрел или иного рода оружие, способное сделать их достойными противниками даже без магии.
В "батарейке" оказалось не так уж много сил... Но она билась теплом, сладостью в руках Матея. Он поборол соблазн согреться ею в одного. Впереди еще несколько конкурентов, причем есть и парочки. Он помнил про две звездочки силы чуть в стороне. А значит и Руссо пока нужен. Пока... Ион как мог отодвигал в голове момент, когда нужно будет придумывать план по избавлению от агрессивного и опасного соратника. Каким бы говнюком не был темны маг, но идея предать напарника не грела душу. Скреблась гнилой крысой...
- Пусть раздевается, - на представителе лягушкоедов была намотана куча тряпок. Ион не особо желал разглядывать нагого негра, но тот пуще боли не любил холод. Это стало понятно еще там, в избушке, где в них еще оставалась человечность... Ион не видел лица несчастного, но когда американец перевел, тот дернулся, как от кнута и что-то сказал в ответ. Резкое, похожее на проклятье. Кузнец кожей почувствовал, как влетели в напарника остатки силы негра. Вот ублюдок... Ион отвел нож и жестко пнул пленника под колени, чтобы тот рухнул в снег. А потом еще залепил под живот, чтобы француз понял, намерения у его пленителей вполне серьезные.
- Ты как?
Рано, рано терять американца. Сейчас Кузнец это осознал особо остро. Но Ангельский стоял как ни в чем не бывало. Видать слабовато проклятье или сработает позднее. А может он уже давно проклят?
- Повтори нашему неуемному приятелю, что если он сейчас же не разденется, я запалю все его вещички. Возможно, вместе с ним, - остаться в этом мире еще и без простых, но до черта необходимых вещей, как палатка и горелка, было подобно медленной и жуткой смерти. Хотя... Не такой уж и медленной. Морозец на рассвете стоял отменный.
- Пусть вещи кидает тебе, - Ион хохотнул, - посмотрим, такой ли у них большой на собачьем холоде.
В этом приказе, казалось бы просто унизительном и неприятном, крылось куда большее. Во-первых, следовало обыскать многослойные одежки хитрожопого француза, во-вторых, холод, мгновенно сковывающий суставы, разговорит его быстрее любой иной пытки. Ну а если он кинется, то и убийство можно будет списать на самооборону. Наверное... Если первое простят.
Негр нехотя и очень медленно, не поднимаясь с колен, начал раздеваться. Сперва он снял огромный плед, который был более похож на шарф. Кинул в сторону Руссо. Затем длинное пончо, что покрывало его до самых пяток. Он очень не спешил и его можно было понять. Под еще несколькими слоями оказался добротный пуховик и штаны, качеством ничуть не хуже, чем на остальных. С ними француз расставался особо неохотно. Пришлось поторопить парой четких ударов по почкам.
А голым он оказался довольно щуплым. Чуть более крепким чем американец, жилистым и с икр до локей покрытым татуировками. Странные они были, но от их прочтения веяло магией. Вот что его берегло... И куда смотрели, интересно знать, Инквизиторы, пропуская такого рода оберег?
- Кожу с него снимать не будем, - сразу осадил своего приятеля румын,- если честно скажет, что за узор и на что он влияет. А еще, Руссо, я что-то кофе захотел. Может разогреешь горелочку нашего приятеля, вскипятишь немножко водицы?
Негра трясло. Он шептал что-то, может пытался вытащить хоть немного силы из окружающей среды, но безрезультатно. Горячее питье в руках мучителей - это просто дополнительная мелочь, которая может окончательно лишить воли к сопротивлению.
Ион только внешне казался расслабленным. Войны, которые он прошел, битвы, в которых он участвовал, научили его никогда не спускать глаз даже с поверженного врага. И палить тылы. Заклинания негра стерлись вместе с его силой, а своих маячков они не поставили. Нужно было держать ухо востро, несмотря на  то, что они мониторили окружающую их пустошь всего несколько часов назад.

+1

14

Пы-ы-ыток? Рауль сокрушенно покачал головой: лавры первого психа на деревне грозили уплыть к другому, обидно.
— Кста-ати! — радостно вспомнил Ангельский. — Кое-кто проиграл мне ящик вискаря, чел. Первой сошла с дистанции Падма. Стараниями нашего доброго друга Лебрюна.
Это он проговорил по-английски, но Базиль уловил смысл и огрел его гневным взглядом. На большее его не хватило, потому что Матей выдвинул новое убийственное требование, услышав которое Ангельский ухмыльнулся.
— Снимай всё с себя, — перевёл Руссо.
Потихоньку надоедало выступать в качестве бесплатного переводчика, но не оставляло любопытство. Ради чего, собственно, Кузнец всё это затеял? Не верит, что черножопый придурок не располагает никакими новыми сведениями? Или просто хочет покуражиться?
Поразмыслить о прекрасном Ангельский не успел. Негр, недобиток колониальной европейской политики, метнул в него чем-то острым, обжигающе пронизывающим, вероятно, подобием "тройного лезвия". Но силы на полноценную атаку ему уже не хватило, и Руссо почувствовал, как под термоводолазкой становится горячо. Моментально закололо пострадавший бок, словно в него загнали клинок да так и оставили. Ангельский сцепил желтоватые от многолетнего злоупотребления курением и весёлыми веществами зубы.
Вот мразь!
Старый Мэл в его голове деловито распаковывал аптечку, а зануда Дороти флегматично развешивала по веткам деревьев грязно-розовые кишки. Рауль бестрепетно ощупал пострадавшие рёбра и сообразил, что подыхать пока не предвидится. Неистовое стремление достать ПМ и прострелить ублюдку его закопчённый котелок клокотало в глотке.
Поскольку негру прилетело от Матея, Руссо добавлять и от себя не стал. Новую смерть ему не простят, Ион об этом соловьём заливался.
— Снимай барахло. Второй раз повторять не будет, запалит вещички, и пизда котёнку, — в красках обрисовал ситуацию Ангельский.
Когда маг начал нехотя раздеваться, американец первым делом завладел его пледом и с ухмылкой набросил на себя. Исподволь ощупал пострадавший бок.
— Ответит он тебе, а потом догонит и ответит опять, — весело проговорил Рауль, но перевёл для Лебрюна вопрос.
Тот бросил в его сторону свирепый взгляд и насупился. Взялся за молнию пуховика.
Ангельский послушно кивнул и пошёл готовить кофе. Он вполне сознавал издевательский посыл этих приготовлений, а кроме того, их терапевтический эффект в вопросе исцеления от излишнего упрямства. Сцепил зубы, когда приседал к горелке: пораненные рёбра отозвались саднящей болью, и одно это заставляло звереть, но молчать.
Ни на секунду маг не забывал, что перед ним хоть и временный союзник, но враг, конкурент. Которого рано или поздно придётся устранить, или тот порешает тебя.
— Его предки — выходцы с чёрного континента, из берберов. Татуировка — украшение настоящего воина, символ его побед и заговор от всех несчастий, бла-бла-бла. Конкретно эти его рисунки — что-то вроде накопителя. Так что идея снять с него кожу не лишена здравого смысла, — сократил Рауль последовавший ответ.
Дослушал и добавил:
— Плюс ускоренная реакция.
Бросил немного чистого снега в котелок и щепотку кофе, найденного здесь же, среди вещей незадачливого Базиля. Вода закипела быстро. То есть, конечно, быстро для Руссо. Озябшему французу эти несколько минут наверняка показались целой вечностью. Ангельский перелил кофе в стакан из цветного пластика.
— Он так ничего нам и не сказал об оковах, — притворно посетовал Рауль, обращаясь к напарнику, но прекрасно понимания, что Лебрюн его поймёт.
Обернулся к дрожащему Базилю.
Тот стуча зубами добавил:
— Мне с-сказали, что артефакт "п-приходит во время света т-трёх лун"... Это-то как раз п-понятно, три луны во втором слое. То есть, светят все... все т-три. Од... одновременно. Значит, искать его н-нужно именно т-там. З-знаю, что пять дней назад ч... через всю Грен... ландию, д-двигаясь с северо-запада на в-восток, п-прошло нечто чудовищной, сокрушительной силы... Что конкретно — без п-понятия и почему оно д-двигалось — особенно. Но данные фран... французского дозора. Всё, больше ничего, ничего не знаю!
Это становилось интересным. Ангельский демонстративно отпил из посудины, обжигая нёбо кипятком. Разом заломило все зубы, но колючее тепло, ухнувшее в глотку, на морозе становилось особенно сладостным.
Маг перевёл сказанное на английский и опять вкрадчиво пощупал бок.
[status]АНГЕЛЬСКИЙ[/status][nick]Рауль Руссо[/nick][icon]https://c.radikal.ru/c28/1804/cb/46cfd58b702e.jpg[/icon]
[sign]Schizophrénie[/sign]

Отредактировано Дагон (2018-06-21 22:52:31)

+1

15

- Вот значит как... - слова пойманного в ловушку Иного заставляли задуматься. Что могла значит та волна силы? Да что угодно: начиная от великой подставы одной из стран, заранее выкравшей артефакт, до дополнительной сложности в виде наложенного заклятья невидимости до последнего слоя. Инквизиторы не зря патрулировали этот кусок льда уже несколько недель. Но теперь у них была пища для размышлений и, что немаловажно, направление, по которому следовало пойти. Пока американец делал кофе, Ион обыскал одежду и шмотки негра, конфискуя все, что могло сойти за оружие. И литрушку спирта. Крепкого, неразведенного. Сплошные калории, чтобы быстро восстановиться после холодного поцелуя Сумрака.
На негра было жутко смотреть. Ион прекрасно понимал, на что обрекал беднягу, но жалость не приходила, как и не слышался голос совести. Ибо война. Это стоило понять еще вчера,  тогда на обрыве, когда русский вскинул пистолет, метясь ему в голову.
- Я бы хотел осмотреть ее труп, но боюсь, мы потеряем время - задумчиво продолжил Кузнец, подходя к Руссо и нагло пробуя кофе. Он делал вид, что не замечает страданий темнокожего Иного, который уже рухнул в снег, силясь скукожиться, защитить себя стремительно исчезающим теплом собственного тела. Сколько может протянуть обычный человек на сорокоградусном морозе? Не больше пары минут. Кожа мгновенно остывает, обмораживается, замедляются все обменные процессы, сознание путается, тормозится... Пульс становится нитевидным а после и вовсе теряется... Иной протянет дольше, и Ион видел этому доказательство прямо сейчас. Прошло уже больше десяти минут, а француз только сейчас по-настоящему замерз. А значит истратил последние силы.
Кузнец накинул на него пару тряпок из его одежды, предварительно обыскав. Ничего нужного. Обычное шмотье... Оружие нашлось в палатке и это был ритуальный изогнутый нож. Его лезвие было выковано таким образом, что как в масло входило в человеческую плоть, а на обратном ходу раскурочивало максимально, делая края раны рваными, многокровными. Его Кузнец прибрал с собой. Нечего тут леммингов в жертвы приносить. Они и сами с этим прекрасно справляются.
- Идем, Руссо, - Ион перешагнул через ползущего к палатке негра. На самом деле шансов выжить у него оставалось еще меньше, чем предполагал изначально добросердечный румын. Пытка холодом истощила его окончательно, а на коже проступали явные следы серьезного обморожения. Ох, не хотелось бы Иону встречаться с французом после этого "увеселительного мероприятия"... Ни по эту сторону Сумрака, ни по иную.
Они еще раз осмотрели лагерь, Ион прошелся по следам вокруг, но ничего подозрительного не обнаружили. Когда они покидали лагерь, предусмотрительно забрав даже газ у несчастного конкурента, тот не высовывал носа из палатки и вообще не подавал признаков жизни. И верно делал. Если Ион считал врага поверженным, то за своего соратника не ручался.
- Держи пару боевых наготове, чует мое сердце не просто так тут бушевал магический шторм, - они свернули со своего первоначального маршрута и двинулись по направлению, выпытанному из француза. А ничего в целом и не менялось: ледяная степь с редкими вкраплениями высоких острых скал, далекий провал плато, открытые трещины - предвестники беды. И никого.
- Думаю, он поделился инфой с бабой, чтобы она открыла ему свою инфу. После он ее тюкнул, - темнело стремительно. Зимой тут почти не было светового дня. Но брести сквозь снег, спокойно ступая по ледяной корке наста можно было и во мраке. На постой они встали только когда окончательно вымерзли и устали. Жрать хотелось до одури.
- Как ты себя чувствуешь? - они сидели в палатке, постепенно отогреваясь, ожидая пока закипит вода. От взгляда румына не ускользнули редкие, украдкой прикосновения соратника к боку. Похоже, негр все-таки что-то в него кастанул.
- Раздевайся, я посмотрю..., - хилер из Кузнеца был откровенно говеный. Но заштопать открытую рану он мог относительно талантливо.

0

16

Не отказался от идеи поживиться добычей и Ангельский: распотрошил рюкзак, до которого не добрался пронырливый румын, и во внешнем кармане нашёл чётки, украшенные причудливой резьбой. Тонкая работа! Рауль взвесил находку в ладони. От вещицы веяло теплом и почему-то — пачули. Вероятно, раньше чётки принадлежали бедной Падме. Вот оно, прямое доказательство вины негра в её гибели... Но вот как она умерла, это вопрос.
Безделушку, при более детальном рассмотрении оказавшуюся "батарейкой", заполненной примерно наполовину, маг присвоил себе. Ион завладел ритуальным клинком, напоминающим ритуальный керис. Ангельский видел такие в частной лавочке в Куала-Лумпуре. Рауль мысленно поёжился: не хотелось бы получить рану таким клинком. Если подыхать, то лучше от старой доброй пули. Хотя бы кишки не вымотает.
На подыхающего негра Руссо смотрел без особенных эмоций, но испытывал острую потребность добить поверженного противника. Не из милости, нет. Из желания обезопасить себя от возможности появления обозлённого Иного рядом с собой. Потому что если такое произойдёт, человек, переживший ледяной ад, удавит любого голыми руками.
Но прошло несколько секунд после того, как напарник окликнул его, и Рауль совладал с собой. Нечего тратить драгоценные пули на без пяти минут замороженный полуфабрикат!
Вместо пары боевых Ангельский кастанул защитное. Впечатлился внезапной атакой хитровыебанного негра. Американцу, по правде говоря, повезло. Не будь враг сильно ослабленным столкновением с Падмой и вынужденной зарядкой чужих "батареек", Руссо бы крепко не поздоровилось.
Остаток пути они проделали практически молча. По крайней мере, Рауль молчал и берёг силы. Лелеял раненые рёбра, надеясь, что румын хотя бы до привала ничего не заметит. Настороженность и недоверчивость росла. Окровавленная водолазка наверняка прилипла к ране, присохла, и пиздец наступит тогда, когда придёт время отделять её от. От.
Разбили лагерь. Руссо не жаловался. Он дожидался темноты, кромешной темноты, когда Ион заснёт, чтобы позаботиться о себе без посторонних глаз. Без спутника. Но оказалось, что случайное ранение не укрылось от цепкого внимания Матея.
— Я в порядке.
Улыбаемся и машем. Чисто американское "айм оукей, эврисин олрайт", когда нихуя подобного. Не "олрайт".
Сбрехал, конечно. Сам в то не верил, потому получилось неубедительно.
На предложение раздеться и дать осмотреть бок Ангельский ответил долгим молчанием и бездействием, будто замёрз, окоченел, подобно перелётной птахе, угодившей в метель. Но прошло несколько секунд, и Руссо принялся неловко стаскивать с себя тёплые зимние шмотки. Зуб на зуб не попадал; больше от температуры, естественно.
Подцепил край водолазки, обнажая незагорелую кожу с оливковым оттенком и россыпью мелких родинок. Не слишком художественные татуировки и наконец глубокую сечёную рану, проходящую вдоль седьмого ребра. Хапнул воздуха всей грудью, когда отдирал ткань от бока. Вполне себе чувствительного и не казённого на минуточку!
По ощущения, рана не задела кость, иначе и дышалось бы по-другому... но приятного всё равно мало, и холодно так, что дешевле лечь и сдохнуть, чем бороться.
Хотелось с разбегу рухнуть в самоубийственную жалость к себе, но Ангельский ухватил себя за шиворот на подлёте к этой пропасти и упрямо сцепил зубы.
— Жопа, — коротко прокомментировал он.
Пожевал обветренную губу и потянул ткань обратно.
[status]АНГЕЛЬСКИЙ[/status][nick]Рауль Руссо[/nick][icon]https://c.radikal.ru/c28/1804/cb/46cfd58b702e.jpg[/icon]
[sign]Schizophrénie[/sign]

+1

17

В темноте рана американца выглядела ужасающе. И ведь терпел, засранец, молчал. Ион задумчиво смотрел на темное пятно на бледной коже... Почему Руссо не сказал, что серьезно ранен? Боялся, что Ион воспользуется возможностью и убъет его? Или бросит, как обузу? Недоверие было вполне оправдано в их ситуации, но отчего-то после предательства французом Падмы, Ион все меньше хотел думать об участи их собственного союза. Ангельский, конечно, был еще тот типчик и при иных обстоятельствах чистоплотный, мажористый Матей сроду бы не завел с подобным существом дружбы. Да что там, даже разговора... Но здесь все было иначе. И убивать Руссо Кузнец не хотел. И бросать, пока тот всерьез не мешает его передвижению.
"Надеюсь, я не пожалею об этом..."
- Ложись, - лечить руками и мыслями Ион не умел. Не целитель по рождению, не светлый по выбору, он мог только очистить рану, омыть ее и стянуть края физически, воспользовавшись банальными бинтами и лейкопластырями. Подобного рода процедуры Матей, проживший не один десяток лет и прошедший две войны, мог провернуть даже с закрытыми глазами. Кузнец раскидал вещи по углам палатки, сунул в зубы бедолаге зажженную сигарету и дал немного бавленого теплой водой спирта. Затем только ополоснул кусок бинта в том пойле, что жадно пил его соратник, и принялся очищать рану. Ион зажал в зубах фонарик, направив его на кровавое месиво...
- Мофло фыть и фуфше, мофло фыть и хуфе, - вердикт он произнес вслух, не отрываясь от процесса обеззараживания раны. Даже на таком лютом холоде дезинфекция не помешает.
В целом, последствия магической атаки негра выглядели средней паршивости. Простой смертный уже бы окочурился от кровопотери и упадка сил. Руссо же просто дрожал от холода, чувствуя, как с кровью вытекает его собственная сила, и наверняка ощущал боль. Идти с такой раной он мог еще долго, но постепенно терял бы силы. И дорога в Сумрак ему будет противопоказана еще пару дней, как минимум. Сумрак любит кровь.
Ион ловко заклеил все равные края звездообразной раны, прикрыл бедолагу двумя спальниками и, сев вплотную, набодяжил немного горячей еды. Сперва он дал поесть Руссо, а сам устало курил, раздумывая, как поступить дальше, а потом сварил вторую порцию. На некоторое время его напарник притих, утомленный переходом, окутанный теплом изнутри и снаружи, но боль быстро вернула его к жизни. Отчего-то даже сильный обезбол в двойной дозе дал ему лишь временное облегчение. Таблетки чтоль просроченные были? Или американец слишком часто глотал их раньше?
- Смотри... , - решение далось Матею непросто, - я не лекарь, заклинаний не знаю... Но могу облегчить боль, сменив ее в теле на иное чувство. А еще влить немного своей силы, чтобы помочь твоему организму регенерировать. Только тебе может не очень понравится процесс.
Замену одной эмоции на другую Ион проводил несколько раз, когда нужно было усилить низменные, животные инстинкты или тупо вызвать неуемное желание в ком-то, отвлечь от мыслей, горя или ненависти. Он закурил еще одну сигарету лишь на мгновение освещая огоньком зажигалки свое колюче-бородатое лицо.
- Будет это так: ты жутко меня захочешь сперва. До зубовного скрежета, до потери всякой иной мысли, - Ион погасил фонарик и не мог видеть лица напарника. Вполне резонно ожидая ржача или проклятий, Матей продолжил, - и в этот момент ты забудешь о боли. Напрочь и надолго. А тело твое, окруженное самой жизненной жаждой из всех возможных, ускорит восстановительные процессы, если я еще добавлю ему немного своей силы. Вожделение придется снять, но какое-то время, может часов пять-шесть, в тебе еще будет откликаться замена, глуша боль. И, по моим расчетам, к утру мы сможем продолжить путь, но чуть медленнее, чем раньше. Мгновенно такие раны не затянутся.... Или, мы оставляем все, как есть и еще пару дней ждем, пока все твои силы не уйдут на исцеление. Выбор за тобой.
Ион обжег пальцы, затягиваясь почти истлевшей сигаретой и, приоткрыв полог, выкинул окурок в снег.

+1

18

Судя по всему, Ангельский недооценил прощальный подарок мага французского Дозора Базиля Лебрюна. Рана, которая вначале отвечала подобно пустяковой царапине, теперь дарила трепетный отклик проникающего ранения в грудную клетку. Рауль повезло, что никаких жизненно важных органов она не задела. Однако и оставить как есть нельзя. Нет, само не пройдёт; и грозило это обидное ранение выбыванием из гонки.
"Только не жалей меня. Не вздумай меня жалеть", — мысленно огрызнулся Ангельский. Жалость унижает. Слишком часто он видел её в глазах людей, эту омерзительную жалость пополам с отвращением и презрением. Другого он не заслуживал. Какое вообще может быть "другое", когда ты опустился на дно, ты сам дно, днище ебаное! Блядь. Не смей меня жалеть.
"Так, спокойно. Он просто хочет помочь. Пока ему это выгодно".
Руссо аккуратно, баюкая повреждённое место, прилёг на спальник. Совладать с собой становилось невыполнимой задачей, приготовления нервировали его, хотя по идее должны были успокоить. С этим куда более эффективно справилась сигарета. Ангельский сглотнул, принимая её из рук в руки, и торопливо сунул в зубы, хватанул полные лёгкие горького дыма и блаженно улыбнулся.
Спиртяга зашла плохо, продрала глотку наждаком. Но он не для удовольствия пил, а для дела. Ранки на обмёрзших шелушащихся губах саднили, но всё это и близко не валялось с травмой, нанесённой ублюдочным негром. Как хорошо, как чудесно, что он сдох!
Ангельский затравленно воззрился на кусок влажного бинта, который этот костоправ-любитель собирался приложить к пораненному месту. Сцепил зубы, готовясь потерпеть незначительную по сравнению с ломками боль, но сдавленный вопль, состоящий из одной матершины, всё равно сорвался с губ.
Нежнее, твою мать! Ну ёбушки-воробышки, лечение хлеще мучения!
Рауль шумно засопел, переживая стекловату в боку, и выдохнул новое облачко сизого дыма. Вспомнил о таблетках. О том, что шизикам строго-настрого запрещено принимать алкоголь. Но сейчас почему-то мыслилось чисто и чётко, и ни одна из его личностей не беспокоила ни видениями, ни голосом, ни посторонними ощущениями. Боль действовала неожиданно отрезвляюще.
За помощь вообще-то полагалось поблагодарить, но в подобной ситуации Ангельский, вероятно, оказал бы Кузнецу подобную услугу, так что допустимо побыть и неблагодарной скотиной на словах. Шлёпнув Одинцова, Рауль и без того сделал Матея обязанным жизнью.
Взяв тарелку, Руссо обжигаясь принялся с жадностью жевать. На таблетки обезболивающего глянул с долей скепсиса, но закинулся. Промолчал о том, что отравленному организму оно что слону дробина.
Колёса подействовали. Притом чистый сияющий восторг продлился недолго, а впрочем, как и предполагалось. Ангельский потянулся за второй сигаретой. Их почему-то не оказалось на обычном месте. Бесполезный разряженный айфон уже не казался таким лёгким в условиях крайнего севера.
— Давай спать.
Но выяснилось, у румына есть идея... получше? Похуже? Руссо затруднялся дать ей оценку. Глаза полезли на лоб, а потрескавшиеся губы сами собой расплылись в лыбу. Вот это нихуя себе у славянина методы лечения! Рауль не выдержал и заржал, из-за чего в боку плеснуло раскалённым свинцом.
Этот приступ безудержного веселья вымотал у него последние силы. Отсмеявшись, Ангельский замер. Покачал головой, готовясь отказать, и в последнее мгновение неожиданно для самого себя обронил:
— Делай.
Уверенный, что себя контролирует, — по-другому и быть не могло, он в заявке, а нет ничего сильнее наркотической ломки, — Рауль позволил снова прикоснуться к себе. Некоторое время ничего не происходило, и боль по-прежнему стягивала рёбра тонкими стальными нитями, но потом... Руссо сполна хлебнул того, что посулил ему от щедрот душевых Матей.
Стало душно. Первобытный огонь похоти вскипятил кровь, сделав её вязкой, подобной смоле. Испарина проступила на висках. Крепкий стояк некуда было пристроить, и Ангельский машинально потянулся к ширинке. Стиснул кулак до побеления костяшек и тихо выдохнул:
— Вот чёрт. Не обманул.
Часов пять или шесть терпеть эту пытку и не иметь возможности прикоснуться к объекту своего вожделения! Катастрофа просто. Натуральное безумие.
Рауль выдохнул раз, другой, третий. Боль отступила на задворки сознания, как и не было, зато грубое, физиологичное до омерзения возбуждение буквально пронизало тело. Он наперёд знал, что течёт как распоследняя сука. Весь взмок. Свернулся в клубок, пытаясь сохранить остатки рассудка.
Бессмысленно было всё. Хотя, наверное, и правильно.
— Лучше бы оставил как есть, — хрипло прошептал он. — У тебя красивые руки, сукин сын. Я ещё когда заметил.
Собственный голос звучал, будто из-под воды. Руссо нёс какую-то околесицу, но чёрт возьми, на этот раз у него нашлось шикарное оправдание для того, чтобы бредить!
— Выеби меня. Хочу тебя. В себе. Всеми своими дырками хочу.
[status]АНГЕЛЬСКИЙ[/status][nick]Рауль Руссо[/nick][icon]https://c.radikal.ru/c28/1804/cb/46cfd58b702e.jpg[/icon]
[sign]Schizophrénie[/sign]

+1

19

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+1

20

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

[status]АНГЕЛЬСКИЙ[/status][nick]Рауль Руссо[/nick][icon]https://c.radikal.ru/c28/1804/cb/46cfd58b702e.jpg[/icon]
[sign]Schizophrénie[/sign]

+1

21

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+1

22

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

[status]АНГЕЛЬСКИЙ[/status][nick]Рауль Руссо[/nick][icon]https://c.radikal.ru/c28/1804/cb/46cfd58b702e.jpg[/icon]
[sign]Schizophrénie[/sign]

Отредактировано Дагон (2018-07-16 22:29:20)

+1

23

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Ион (2018-07-19 01:31:29)

+1

24

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

[status]АНГЕЛЬСКИЙ[/status][nick]Рауль Руссо[/nick][icon]https://c.radikal.ru/c28/1804/cb/46cfd58b702e.jpg[/icon]
[sign]Schizophrénie[/sign]

Отредактировано Дагон (2018-07-22 18:18:49)

+1

25

Каждой ночи необходимо своё меню. © Оноре де Бальзак

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

- Живой?
На Иона накатила усталость. К тому же, именно сейчас он был уверен в чувствах американца как никогда. Можно было спать и не опасаться утонуть во сне в собственной крови. Рука Иона ласково, как любовницу, притянула Руссо к своей широкой горячей груди.
- Спи. Какой бы ни была длинной ночь - она все равно имеет свой конец. А с рассветом нам нужно будет идти вперед.
Конечно, заклинание еще помучает беднягу, но его силы не бесконечны. Да и ранение...
Сам Ион почти мгновенно провалился в тяжелый, без сновидений сон, вызванный усталостью. Сколько же им еще нужно будет месить снег и топтать лед в этом бескрайнем мире стужи?
Рассвета не наступило... Вместо него пришла такая метель, что если бы не страховочные растяжки, вбитые в ледяной наст их палатку уже утащило бы прочь вместе с ними внутри.
Ион сел, зябко поежился. Внутри было уже совсем не так тепло как ночью. Руссо сладко спал, крепко обняв его руку. В неверном сером свете он выглядел так безмятежно...
- Да уж, любвничка я себе выбрал, - тяжело вздохнул Ион. Как ни крути, а некоторое время ему придется потрудиться во благо их партнерства. Отказывать в ласке подверженному заклинанию темному магу - опасное занятие. Ион осторожно освободил свою конечность из цепких лап американца, укрыл его плотнее, а сам оделся. Сидеть в палатке придется до тех пор, пока не стихнет мракобесие снаружи. Сколько могла длиться буря в этих краях? Час? День? Месяц? Сил идти через сумрак не хватит ни у Иона, ни, тем более, у Руссо. Остальные? А может это эффект от активации оков? Тогда с ним уже бы связался шеф, но он молчал.
Вынужденная остановка. Вынужденное продление их ледяного плена. Хотелось взвыть и сойти с дистанции, но такой роскоши Ион позволить себе не мог. Зачем тогда он мерз столько дней и ночей подряд? Страдал, жрал парашу из пакетов, пил поганый кофе и делил постель с наркоманом? Ну... последние было не так уж и мерзко, судя по воспоминаниям.
- Пора, красавица... очнись, - кажется эта фраза уже вошла в привычку. Ион сварил кофе, сдобрил его щедрой порцией сахара. В такую погоду не до подсчета калорий. Нужно согреться и максимально насытить организм.

+1

26

Ангельский не протестовал против любого общения. По правде говоря, вздумай румын сейчас порезать его на куски тупым тесаком, Руссо и здесь не сказал бы ни слова. Вряд ли стал бы слишком активно сопротивляться. После оргазма на него нахлынула какая-то совершенно цепенящая, наркотическая нега. Глухо болел раненый бок, словно свинец в нём слегка остыл, но никуда не пропал совсем.
Но всё как обычно — эврисин окей, эврисин олрайт. Рауль скорее откусил бы себе язык, чем пожаловался бы на что-то. Жалобщики долго не живут.
Охотно прильнул к груди Матея и закрыл глаза, понимая, что поспать всё-таки нужно. Жизненно необходимо.
Во сне сознанием завладел испанец Эрнандес, не самая желательная, но всё же почти безобидная личность. Снилось ему обыкновенно средиземноморская жара: ну коне-е-е-ечно, о чём ещё грезить посреди ледяной пустыни!
Ангельский проснулся от того, что замёрз. Проклятущий бок по-прежнему болел, хотя уже намного меньше. Руссо со стоном перевернулся на другой, потом открыл глаза, пытаясь сообразить, где и с кем он так нажрался, что теперь не узнаёт собственной норы на Бед-Стай. Ах, да. Это Гренландия, ебучая Гренландия, а чувак с бородой — тот, кто так классно выебал его ночью.
Сладко ныла натруженная задница. Ангельский умиротворённо вздохнул и опять закрыл глаза. Пять минут. Пять минут сна ничего не изменят.
Но и в этой роскоши ему отказали. Матей стучал посудой. Пахнуло горячим кофе. Невзыскательный Рауль был рад и такому. По правде говоря, временами ему не хватало денег и на самый дешёвый кофе, а между жрачкой и топливом Ангельский чаще выбирал топливо. Он панически боялся одного: расстаться с машиной. Но содержать её становилось всё более накладно. Нехватка денег — вот вторая из причин, по которой он согласился на путешествие по снегам. Ну а первая — грозившая ему судимость за нечто куда менее безобидное, чем травка.
— Не называй меня так, — отмахнулся Руссо.
Зарылся в спальник и сделал вид, что его здесь нет. Не помогло: голодное брюхо напоминало о себе.
— Ладно. — Рауль сел. — Что за херня? Снежной бури там только не хватало.
Зато чего не хватало ему самому — так это прикосновений и тепла. Разумом маг понимал, что подвергся остаточного действию тёмного заклинания, а тёплая кожа буквально зудела от желания.
"Спокойно, это скоро пройдёт".
Зевнул в кулак, ощупал рёбра. Сел, протянул руку за горячим кофе.
Руссо невесть что творил ночью, но стыда не было. Полная грудь симпатии, почти щемящей нежность к любовнику... Ангельский не придумал, куда это пристроить, и румына особенно не разглядывал. Но и в глаза смотреть не избегал. Каждый из них сознавал, на что идёт. Краснеть здесь не о чём.
— Этот недобиток английской колониальной политики что-то толковал о перемещении некой силы неизвестной природы. Я всё думаю, что это могло быть. Проблема в том, что и моя ненаглядная стерва Лула говорила о подобном. Я тогда мимо ушей пропустил. Но больше всего мне хочется плюнуть на всё и свалить отсюда нахуй. Я не амбициозен. Кстати, а зачем ты ввязался в гонку? Мечтаешь завладеть оковами и заявить о себе громче прочих?
[status]АНГЕЛЬСКИЙ[/status][nick]Рауль Руссо[/nick][icon]https://c.radikal.ru/c28/1804/cb/46cfd58b702e.jpg[/icon]
[sign]Schizophrénie[/sign]

+1

27

Американец поднялся не сразу. Сперва покрутился, побурчал, кутаясь в теплые пухлые спальники.
Неловкости при общении не возникло. И это не было странным, в конце-концов, в палатке сидели люди, повидавшие и испытавшие на своих шкурах и не такие приключения. Ион передал кофе американцу и внимательно оглядел его. Выглядел Руссо куда лучше вчерашнего, хоть и изрядно помятым. Слегка отекшая небритая морда, синячины под глазами да бледность кожи, видать, были обычным утренним макияжем американца. "Лечение" Иона пошло на пользу, а побочный эффект от оного пока не проявлялся вновь. Может и не проявится уже. На морозе все работает несколько иначе.
- Сила? - промычал Ион, потягиваясь и задевая ладонями ледяной край палатки. Хотелось ссать, да только за бортом лед и ветер сходили с ума. Трезво мыслить в таком состоянии получалось плохо. То и дело организм отвлекал своими позывами.
- Схожу проверю.., - кто-то думает, что героизм - это грудью на амбразуру, это - с флагом на баррикады, но нет. С голым задом в -40 и в сбивающий с ног ветер, вот это настоящая доблесть. Вернулся Ион почти мгновенно, стуча зубами. Если кто спросил бы его сейчас - как там на улице, что он видел за пологом палатки, то в ответ бы получил короткое "Ничего". А так и было. Куда не кинь взгляд, на восток или на север - все одно, снежная стена, непроглядная, плотная, жуткая.
Румын нырнул в спальники, греясь в их сохраненном тепле. Американец не слишком ему в этом мешал. Удобный малый, черт возьми. Жрет мало, места почти не занимает, только курит слишком часто. Но этим и Ион грешен.
- Для того негра и пражский снежок на рождество мог показаться всемирным пиздецом, - теперь можно было разговаривать. Тем более, что буря поставила их путешествие на паузу и следовало взять от этой передышки все возможное. В первую очередь, отдых и время подумать. Да и немного покоя для раны Руссо не помешает.
- Что конкретно он говорил? И твоя Лулу? - шеф румынского дозора не утруждал себя рассказами. А может просто не знал, не имел столь длинных рук, как американцы. Следующий вопрос американца поставил Иона в тупик. И правда, зачем он месил сугробы и морозил зад? Ради чего? мог ли он отказаться от приказа? Наверное, мог... Но это было бы трусливо да и сила лишней не бывает.
- Если пораскинуть мозгами, - Ион слегка приобнял Руссо, чтобы было удобнее лежать, - то наверное чтобы заиметь лишней силы и стать чем-то более крутым и серьезным. Чтобы шеф не сдергивал с отпуска у моря в любой, сука, угодный ему момент.
Может была еще одна причина или несколько, куда более скрытых, глубинных, но Ион не был склонен к самокопанию.
- Газа надолго не хватит, кстати. Надо поэкономней, черт знает, сколько мы еще тут проторчим. В такую погоду никого не вызвать, а спасательные службы сами нос не высунут.

0

28

Через некоторое время отлить пошёл и Ангельский. Заскочил обратно со сходными впечатлениями: пиздец какая холодрыга! Впрочем, когда оно лучше-то было? Теплее, светлее? Разве что позади, в Иллоккортоормиуте, в натопленной комнатушке приветливого дома, по соседству с Падмой и Базилем. Страшно подумать: именно тогда к Ангельскому пришло понимание, что рядом с ним без пяти минут трупы. То был как раз тот случай, который называют печатью смерти на лице.
Мысли в голове путались, Руссо ни на чём не мог сосредоточиться. Сохранная часть его личности, затянутая сумерками безумия, едва концентрировалась на беседе. Рауль смотрел будто в пустоту, прислушиваясь одновременно к Иону напротив и к Дороти в своей голове.
— Лула, — машинально поправил Ангельский. — Что перемещение артефакта сопровождает всплеск странной активности. Вроде магнитной бури или чего-то подобного. Или... или погодных аномалий. Но я бы скорее назвал аномалией внезапно растаявший снег, чем этот пиздец.
Кивнул в сторону выхода из палатки. Нет ничего удивительного в том, что в Гренландии стряслась буря. Никакие артефакты здесь и близко не валялись.
Ладонь Матея на боку немного снимала болезненные ощущения и способствовала пребыванию в здравом уме, насколько это возможно для шизофреника, и трезвой памяти. Вероятно, эффект плацебо... зато какой! Руссо умиротворённо вздохнул, прикрыл глаза и добавил:
— Я был разозлён, а оттого не очень внимателен. Много пропустил из того, что толковала моя несравненная стерва.
Дьявольски хотелось больше прикосновений. Но мало кого тянуло обжиматься с нарком, поэтому Ангельский привычно не лез.
— Амбиции — это хорошо. Пересмотреть отношение, и всё изменится. У меня не амбиции.
Что именно, он не сказал, потому что не спрашивали.
— Там должна, просто обязана быть какая-то хитровыебанная заморочка. Вроде этой херни с тремя лунами. Если отталкиваться от того, что "оковы" во втором слое, что мы имеем, кроме необходимости искать их там? Ну а главное, где ориентиры для самого Кёллера? Не мог он ни с хуя бросить артефакт без малейших ориентиров к нему. Или мог? Немчура...
Сунул в рот горсть овсяных хлопьев пополам с сухофруктами. Лула очень рекомендовала, мол, питательно и вкусно. Так вот, на вкус Руссо — ни дать ни взять овёс для лошадей.
— Это-то и хреново, — оценил перспективу остаться без горючего Ангельский. — Выяснить бы, кто до сих пор не сошёл с дистанции... выбыли Индия, Франция, Россия, Дания. Что-то мне подсказывает, что Мексика и Австралия на подходе: не их климат.
Аккуратно пощупал бок, наткнувшись на пальцы Кузнеца, и убрал руку.
— Великий был большой знаток и любитель религиозной мишуры. Первый артефакт, созданный им, — "Длань Господня" — нашли по библейским отсылкам.
Руссо замер, поражённый своей догадкой. Покусал пересушенные губы и потянулся за смартфоном. Откопал айфон и пауэрбанк, припасённый для экстренных случаев. Подключил к нему трубку. Среди многих весёлых примочек, установленных на явно ворованном телефоне, нашлась электронная Библия. Ангельский запустил поиск по всему тексту. Девять совпадений по слову "оковы".
— Кёллер коптил небо дохуя лет... мог ли он использовать последние версии сборника христианской писанины? Прошлого века, например? Она ведь мало поменялась за долгие годы, и это-то несмотря на бурления святейших говн. Вот, смотри. — Ткнул пальцем в подсвеченное голубым. — Книга Иова, глава 11-ая, стих 10-ый. Псалтырь, псалом 2-ой, стих 3-й, а кроме того, 65-ый и 11-ый, 149-ый и 8-ой. Книга Ек-кле-... кле-... Твою мать! Екклесиаста, глава 7-ая, стих 26-ой. Книга пророка Исаии, глава 58-ая, стих 6-ой. Иеремии, 39-ая и 7-ой. Плач Иеремии, 3-я и 7-ой. Ну и наконец, Евангелие от Марка, глава 5-ая, стих 4-ый.
Провёл по экрану. Мысли путались.
— Изо всего по смыслу наиболее подходит это, из Плача: "Окружил меня стеною, чтобы я не вышел, отяготил оковы мои". Эти главы, цифры... координаты? Подсказка? У Иллок-топор-мяу координаты 70-29N и 021-57W... Верно?
[status]АНГЕЛЬСКИЙ[/status][nick]Рауль Руссо[/nick][icon]https://c.radikal.ru/c28/1804/cb/46cfd58b702e.jpg[/icon]
[sign]Schizophrénie[/sign]

Отредактировано Дагон (2018-08-10 01:27:41)

0


Вы здесь » Бесконечное путешествие » Неформат » [NC-17] Сверкающие небеса


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC